20:09 

Мышки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
а вот посмотрите, какие мы красивые... С тонкой белой полоской по носу - это Маффин.





@темы: звери, фото

13:49 

Навёрстывая упущенное

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
5.02.07 Давно ничего толком не писала и не готовила. То есть, готовила на прошлой неделе, а в пятницу легла спать в 8 часов, а в субботу приехала домой в 12, а в воскресенье запрягла мужа, потому что мне нужно было помочь ему по работе и себе придумать программу на очередной «Русский уикэнд» в Мэдингли-Холле (это там, где геометрически подстриженные кусты и фонтан, которые я каждый год снимаю), а сегодня опять запрягла Джона, просто потому, что хочется что-нибудь, наконец, написать.

Что там осталось от прошлой недели? Полная луна – всегда хитрый момент в жизни, потому что главное не забыть вовремя посмотреть за окно и осознать, что именно происходит. В первый год нашей совместной жизни мы очень быстро обнаружили, что полная луна имеет на нас одинаковый эффект: совершенно искажается восприятие действительности, и выползают все накопившиеся отрицательные эмоции. Ух, немало мы поначалу побили тарелок! А теперь всё просто: смотрим в окно – и тут же успокаиваемся, потому что нечего копья ломать из-за паскудного небесного тела.

Всегда хотела жить так, чтобы в спальню мне заглядывала луна. Когда-то она это делала в большой комнате на Миллионной, а потом я переехала в другую комнату с видом во двор-колодец и много лет довольствовалась бумажной луной на форточке, нарисованной одной доброй подругой. А здесь – пожалуйста, выходи во двор и стой, задрав голову, сколько хочешь.

Прочитала в Некошкином дневнике: «фотки для Unicorn, которая скучает по Питеру, и Kitchen Witch, которая скучает по зиме». Получается, я по Питеру не скучаю. Пожалуй, как ни странно, это правда. Питер – это не место, это часть моей биографии. Я не скучаю по нему, так же, как не скучаю по самой себе. Или – это не так называется. Я испытываю ностальгию – по нему, как и по всему, что невозможно вернуть. Есть у меня такое свойство, всегда было. Прошедшее лето, неудавшийся роман, пламенеющая осень в Америке, дождь в Париже под цветущими каштанами. Я сама, пятнадцатилетняя, пересекая Марсово поле по дороге из школы, сочиняю стихи о вселенском одиночестве. Проходные дворы на Моховой, школьный коридор с кривым паркетом. Рассвет после белой ночи, когда я сижу на гранитном невском парапете рядом со своими новыми туфлями, немилосердно натёршими мне ноги, и кто-то говорит мне по-английски: «Разве возможно познакомиться с тобой и не влюбиться?» (очень нескромное воспоминание, но приятно иногда достать его с антресолей памяти). Всё это было, всё это я помню в мельчайших подробностях – звук, запах, цвет, - и всего этого больше не будет никогда. То есть, конечно, будет дождь в Париже, но я буду гулять под ним совсем с другим человеком, и лет мне будет уже не 20. И стихи будут другие. И хотя паркет в коридоре школы номер 185 никто не менял, я хожу по нему с группой собственных учеников, которых привожу по обмену.

Так же и с Питером – я всегда буду приезжать туда пить кофе с друзьями (гм-м, нет, даже не кофе – я его больше не пью, только без кофеина...), но это будет уже другая я и поэтому другой город. «Ностальгия по себе» - странная фраза, которую я откуда-то подцепила, то ли из песни, то ли из фильма, но очень точная. Хотя, конечно, предложи мне кто-нибудь сейчас же вернуться на осеннее Марсово поле и продолжать сочинять «Я одна в целом мире и в целой Вселенной...», я бы согласилась – на полчаса.

Посмотрела по телевизору второй фильм о Бриджет Джонс. Видела его раньше в кино, но готова смотреть сколько угодно, ибо моя любовь к этой литературной героине непреходяща, хотя второй фильм и книга в подмётки не годятся первым. Что-то меня очень пленяет в ней, может быть, потому что я вижу в ней какой-то возможный (менее интеллектуальный, но это было бы и неплохо) вариант себя. Если бы мне довелось жить одной в каком-нибудь большом городе (как я всегда мечтала), моя жизнь, вероятно, была бы столь же хаотична и полна мучительного самоанализа в попытке понять: «что же со мной не так?» Всё та же параллельная я, которая просыпается каждый раз, когда я приезжаю в Лондон, и тихо так, отвлечённо грустит, что одиночества, равно как и секса, в большом городе мне не видать.

Дочитала свою книжку об истории карри. Почерпнула из неё массу неожиданной информации, которая заставляет видеть давно известные вещи совсем под другим углом. Например, что при всём снобизме и высокомерии, с которым колониальные британцы относились к своим индийским подданным, они, пожалуй, нашли себе ровню. Индийские касты очень строго блюдут свою чистоту, и представители высших каст смотрели на британцев свысока ничуть не меньше и ни за что не желали делить с ними стол, чтобы не оскверниться, так как считали их людьми низшего, нечистого сорта. Вообще довольно неприятная религия – индуизм, о чём я подозревала, но не очень задумывалась. Неудивительно, что из неё вырос всеохватный, недискриминирующий буддизм, как из иудаизма – всех уравнивающее христианство.

В субботу утром опять был иней, немного некстати, так как мне нужно было вставать ни свет, ни заря и ехать в Лондон. Когда день начинается с разморозки велосипеда, трудно надеяться на успешное продолжение. Я, конечно, опоздала на автобус и на поезд, на который стремилась, хотя крутила педали изо всех сил и старалсь не смотреть по сторонам. А было на что – поля, как аккуратно разложенные пакетики замороженных овощей, птицы, гоняющиеся друг за другом в белых хрустящих кустах, и луна с чуть обгрызенным краешком, висящая на полпути к горизонту.

Тем не менее, до Лондона добралась, встретилась с коллегой на вокзале Кингз-Кросс (да-да, тот самый, где платформа 9 ¾ , а также где, по какой-то безумной фольклорной легенде, под одной из платформ похоронена кельтская королева Боадикка, бунтовавшая против римлян) и провела далеко не самый неприятный день на преподавательской конференции в школе на самом берегу Темзы, под сенью собора Св. Павла и ровно напротив галереи Тейт Модерн. Выйдя на улицу около пяти, обнаружила там классический вечер на Темзе, который можно изобразить как следует только будучи художником-импрессионистом. Такое всё мерцающее, перламутровое, зеленоватое, shimmering, и фарфоровое небо с луной, и силуэты мостов, и армия огней, которая постепенно начинает наступление на сумерки. Мы с Клаудией прошлись по набережной, потом свернули к Трафальгарской площади и долго ещё вычерчивали зигзаги по центру Лондона, пока не оказались уже настоящим тёмным вечером на скамейке перед маленьким кафе в Сохо, с бумажным стаканчиком мятного чая в руке, наблюдая, как сворачивается на ночь китайский базарчик, обитающий прямо посреди небольшой улицы.

Я обожаю сидеть где-нибудь в городе и наблюдать за людьми, например, у окна кафе на углу Жуковского и Литейного, откуда виден весь проспект в обе стороны, или на кожаном кресле у входа в кембриджское «Кафе Неро» - да мало ли ещё городов и кафе. В Лондоне совершенно отчётливо особенная публика: очень раскованная, очень небрежная, well-groomed, лихо замотанные шарфы, бархатные пальто, всё в таком духе. Моя подруга Клаудия, несколько лет прожившая и проработавшая в Лондоне, из той же породы, хотя одевается очень спокойно.

Встречаемся с её братом и идём во вьетнамский ресторанчик, тоже в Сохо, неподалёку. Дэвид и его жена знают официантов по именам, меню – наизусть и приносят своё вино (из собственного магазина). Мне интересно попробовать новую кухню, я ещё никогда не ела вьетнамских блюд. И мои ожидания не обмануты: я нашла свою вторую любовь, после ближневосточной кухни. Никакого соевого соуса, забивающего все ароматы, всё свежайшее и приготовленное совсем чуть-чуть. Мята, тайский базилик, кориандр, что-то ещё, названия которого я не знаю, – блюда можно даже не есть, а вдыхать. Хрустящая маринованная редька, немного чили, множество креветок, ароматнейший бульон. Я на седьмом небе. В общем, рекомендую всем, если представится случай, сломя голову бросаться пробовать вьетнамскую кухню.

Мой день завершается тем же велосипедным маршрутом, с которого начался, и опять иней – даже в темноте видно, как он ложится на поля белым холодным туманом. Луна освещает дорогу лучше всяких фонариков, немного жутко – лунный свет на полях напоминает мне страшную историю (из восхитительного сборника рассказов о привидениях) под названием «Меццотинто», где на гравюре была изображена лунная ночь, и чёрная фигурка двигалась по полю. А тут ещё петухи решили, что уже утро, и распелись не на шутку. И должна вам сказать, ночью при лунном свете звучат они отвратительно, похоронно, почище, чем карканье ворон. Тем не менее, доехала до дома без приключений, как раз когда часы на колокольне стали бить полночь.

Воскресенье наполовину проспала, так как в ночь на субботу легла в 8 вечера, встала в 12 и читала до 4-х. И первым делом, как проснулась, дочитала свой детектив, который не давал мне покоя последние три дня. Это тот самый, который я купила за то, что действие происходит в Стамбуле: Барбара Надель, «Дочь Валтасара». Наслаждалась узнаванием кварталов и улиц, атмосферой. Но и сюжет ничего – лихо закручен на убийство российской императорской семьи, очень оригинально. И персонажи живые, что для детектива немаловажно, но редко встречается. Чем-то – совершенно неуловимо, по сюжету, по духу – напомнило мне Акунина.

Дочитала книжку и расстроилась – не хотелось выбираться из Стамбула. Вот загадочный город. Наверное, так на некоторых иностранцев действует Питер и вообще Россия: всю оставшуюся жизнь будет дёргать за ниточку, привязанную к самому сердцу. Звать обратно. Хочу туда до ужаса.

На ужин Джон состряпал шикарное карри из креветок с кокосовым молоком и арахисовым маслом, пока я пробивала рассказ Акунина для себя и придумывала экзаменационные вопросы для студентов для него. И мы открыли банку ананасового чатни. Как я теперь достоверно знаю, большинство типов чатни, которые любимы британцами, ими самими же и придуманы, на основе разных индийских традиций. Но это нисколько не умаляет их достоинств и не делает их менее загадочными для других европейских наций: острое варенье? сладкий соус? Состав: ананас, уксус, сахар, тёртый корень имбиря, соль, паприка, чили, белый перец, гвоздичное масло. Поди разбери. Но как раз на на мой средневековый вкус.

Сегодня утром по дороге на работу я тронула ветку дерева, чтобы стряхнуть с неё мелкие прозрачные капельки – но не тут-то было. Капельки оказались льдинками, замёрзшими слезами зимней феи.

В гостиной распустился букет нарциссов, которые мы купили на прошлой неделе, пахнет Восьмым марта.

Теперь не знаю, когда напишу что-нибудь в следующий раз – в среду родительское собрание, в четверг мы с Клаудией поедем на примерку вечерних платьев для благотворительного показа мод, а со следующего понедельника – ура, неделя каникул, half-term! Будет Масленица для Джули с дочками, какое-нибудь кино (даже если придётся идти одной!), множество кексов из нового журнала, весенняя уборка, путешествие в садовый центр за луковицами тюльпанов. Хочу всё это прямо сейчас.

Спасибо любимому мужу, что покормил нас обоих макаронами с грибами и брокколи, а то когда бы я ещё нашла вечер так расписаться.

@темы: проникновенные монологи о разном, островной быт, книги, информация к размышлению, Питер, путешествия

13:57 

Утро

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Сегодня утром опять был иней. Замёрзшие серёжки на каком-то кусте, который зацвёл раньше времени. В горшке с петрушкой вылезают гиацинты - откуда? сто лет никаких гиацинтов не сажала. Один даже уже высунул розовый цветочный нос между листьев. На его месте сегодня утром я бы его спрятала. Не могу подобрать название для цвета морозного утра - розово-золотисто-бежево-перламутровый.

На работе холодно, живу в своей вышитой жилетке на искусственном меху - был в прошлом зимнем сезоне очень в ходу русский стиль, вот и мне перепало.



Два ужина – правда, не в одном флаконе

Джон вчера сварил так много пасты, что у нас не хватило духу выбросить лишнее, поэтому сегодня мой творческий полёт ограничен строгими параметрами: этой самой пастой и мешком шпината, который не проживёт слишком долго. Смертный грех – разогревать вчерашнюю пасту без ничего, но ничего не поделаешь. Жарю чеснок, добавляю шпинат, нарезанный маринованный печёный перец, оливки и козий сыр. Снимаю сковороду с конфорки, отвлекаюсь на секунду – и тут же с хлебницы падает пакет кофе и приземляется аккурат на горелку. Я хватаю его, в нём, естественно, уже проплавилась дырка, часть кофе на плите, часть мимоходом попадает в сковороду. Я ругаюсь скверными словами и зову мужа, потому что с горячей сковородой в одной руке и дырявым пакетом кофе в другой сложно сделать что-то осмысленное. Муж тяжело вздыхает, выключает концерт Мендельсона для скрипки с оркестром и идёт меня спасать. Часть шпината пришлось выкинуть, но, к счастью, совсем маленькую. Зато кофе, поджарившийся на конфорке, распространяет по кухне совершенно одуряющий аромат. Обед слегка подостыл, пока мы прыгали, но всё равно съедобно. А оливки – всё те же, из Турции.

Всё это к вопросу о том, что больше ничего в наш дом уже не поместится. На ближайший уикэнд запланирована весенняя уборка, в надежде избавиться хоть от какой-то части барахла. Ну и расставить всё более-менее по местам. На которых вещи простоят в лучшем случае неделю.

Почему два ужина? Потому, что завтра у нас родительское собрание в 7 часов, и я готовлю еду ещё и на завтра. Так что пока я тут строчу, на плите готовится ещё и тыквенное ризотто, в которое я добавлю немного сыра и шпината.

У меня возникла идея фикс – поехать во Вьетнам. Совершенно серьёзно, на почве визита во вьетнамский ресторан. Займусь выяснением, как всё это возможно. Не сию минуту, конечно, поехать и, может быть, даже не этим летом, но обязательно как-нибудь в относительно недалёком будущем.

Заглянула после работы в книжный, ничего не купила, потому что было мало времени, но обратила внимание на гарри-поттеровскую вакханалию: повсюду плакаты и листовки, призывающие всех разумных граждан заблаговременно заказывать свой экземпляр «Гарри Поттера и смертоносных мощей», который должен выйти 27-го, кажется, июня. Сердце на миг затрепетало – вот она, сила маркетинга – но разум быстро взял своё и напомнил, что примерно через месяц после этого судьбоносного события книжку можно будет купить в супермаркете на 2-3 фунта дешевле. Куплю, конечно, не дожидаясь, пока она выйдет в мягком переплёте, но заказывать, убейте, не буду.

@темы: рецепты

15:31 

Марокканский ужин

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
8.02.07

Нарезанный лук обжарить в оливковом масле в большой кастрюле, добавить молотый имбирь, молотый тмин, паприку и палочку корицы. Немного обжарить вместе, потом добавить нарезанные кубиками морковь, тыкву, картошку, баклажан и гововить под крышкой, пока овощи не начнут становиться мягкими. Потом переложить в огнеупорное блюдо, добавить курагу, кожуру маринованного лимона, немного овощного бульона и банку помидоров, посолить, накрыть крышкой и поставить в духовку на полчаса или пока все овощи совсем не разварятся. На гарнир – кускус с апельсиновой цедрой.



Обожаю это блюдо – сладкое и пряное одновременно. Ни разу ещё, правда, не удавалось приготовить его в полном соответствии в рецептом: там ещё полагается кабачок, чернослив вместо кураги, сушёные груши, щепотка шафрана и зелень петрушки под конец. Вместо петрушки, как я уже рассказывала, у меня теперь гиацинты, а шафран кончился подчистую, ни одной ниточки не осталось – пора совершить экспедицию на Милл-роуд. Загадочный продукт, который вполне достоин своего полулегендарного статуса. Очень мне нравится тот факт, что получают его из тычинок особого сорта крокусов. Всё туда же, в бездонную помойку в моей голове, из которой иногда чудом получаются сказки и мелодрамы.



Вчера не было времени ничего писать, так как свободных уроков было мало, а вечер съело родительское собрание. Мероприятие всегда утомительное, но по большей части полезное для души: приятно получать подтверждение, что твоя работа кому-то нужна и реально осмысленна. А иногда это ещё и возможность помочь – например, посоветовать, чтобы ребёнка отвели на тестирование к специалисту по дислексии. Иногда, правда, результат родительских собраний бывает печальный (но не в этот раз): поговорив с родителями, проникаешься острой жалостью к девочке. И так порой хочется потрясти их как следует и спросить: «Что же вы уродуете дитя, граждане?!»



Вернувшись домой в 9 вечера, была тронута до глубины души: муж записал на видео получасовую кулинарную программу, которую я смотрю каждый день полседьмого. Открыла новую бутылку вина, посмотрела видео и рухнула в постель.



А сегодня произошло чудо – правда, почти запланированное и до мельчайших подробностей предсказанное метеорологами. Утром, около семи часов, пошёл снег. Не очень крупный, по диагонали, потому что с ветром, настоящий снег. Я вышла из дома рано, чтобы идти пешком на ранний автобус, и получила массу удовольствия от прогулки. Тушь, правда, потекла, но зато мои следы – первые на белом тротуаре, я всегда это любила.

Такое редкое, восхитительное ощущение – напрочь вымывает из головы все мысли, остаётся только холод и свежесть, кружевная белизна, смешение неба с землёй. Автобус опоздал, потом долго торчал в пробке, и я смотрела на тюлевую завесу, под которой деревенские домики, заборы и церквушки постепенно приобретали запоздало-рождественский вид. Из центра нарочно пошла кружным путём, хотя и опаздывала – чтобы пройти через моё любимое поле. Судя по количеству зачаточных снеговиков, школа Парксайд, что неподалёку, решила вообще не открываться. Снеговики получались грязноватые, и сразу было видно, где их лепили, по длинной кривой полосе обнажившийся зелёной травы. В меня попал снежок – пытаюсь сообразить, когда такое могло произойти в последний раз, и не могу. Велосипеды брошены на снегу, рыжая собака в экстазе бегает кругами, острый шпиль викторианской католической церкви полускрыт летящим снегом. Хорошо бы уметь заготавливать такие моменты впрок, чтбы можно было достать из банки, когда очень захочется.

Прихожу в школу и тут же разворачиваюсь: уроки отменили, толпы убитых горем детей вываливаются на улицу. Успеваю на ранний автобус из центра – единственный пассажир. Дома мы с Джоном для смеха включаем новости: половину школ по всей стране распустили, аэропорты закрыты, всем советуют оставаться дома, если нет острой необходимости куда-то ехать. Как всегда, как три года, пять лет назад, неизбежно показывают интервью с укутанными, заснеженными детьми, лепящими снежную бабу или волочащими за собой санки. «Что ты думаешь о том, что сегодня отменили уроки?» Ну как вы думаете, что они думают?!

Снег продолжает идти где-то часов до двух, с переменным успехом, а потом начинает подтаивать и к вечеру почти совсем сходит на нет. Чудо кончилось, завтра, увы, придётся работать. Правда, в виде утешительного приза обещали туман (вернее даже, freezing fog), но от него практической пользы мало. Одно радует – завтра последний день, и впереди неделя каникул.

@темы: островной быт, рецепты

15:45 

Ура, ура, ура!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Осталось два урока до вожделенной свободы!!!!

Утром осторожненько так, полузажмурившись, приоткрыла штору - вдруг снова случилось чудо (чтобы не спугнуть). Но нет, метеобюро работает исправно, сказали - туман, значит, туман. И правда, ничего не видно, автобус выплыл из овсяного киселя, как "Летучий голландец". В Кембридже у моего поля совершенно разорённый вид: кляксы полурастаявшего снега на зелени, грязные шары то тут, то там - недоснеговики или больше-неснеговики, результат баталий с соперничающими группировками. Велосипедисты в тумане, жёлтенькие крокусы снова цветут как ни в чём ни бывало. НО: НИКАКОЙ СЛЯКОТИ! Жизнь без слякоти даже по прошествии шести лет до сих пор кажется мне райской.

Сегодня точно пойду куплю себе книжку - читать на каникулах.

Книжку не купила и еле успела в супермаркет за маслом (хотела вчера испечь тортик и не смогла найти ни одного рецепта без масла, которое, как назло, кончилось). Любимая коллега / подруга / начальница рыдает на плече от стресса и разладов в личной жизни – куда тут денешься? Всё же, мы с ней расстались, и я побежала в центр под мелким, гаденьким дождиком (быстрее, чем ждать автобуса, который непременно застрянет в пробке на главном кембриджском перекрёстке). Купила масло, молотый миндаль и бутылку вина (улавливаете повторяющийся мотив?). Кассирша спросила, есть ли у меня удостоверение личности, я чуть не спросила в ответ: «Вы что, издеваетесь?». Это со мной периодически происходит и вызывает смешанные чувства: с одной стороны, приятно, что кто-то может даже смутно заподозрить, что мне меньше 21 года, с другой стороны, всегда треплет нервы, потому что есть шанс, что бутылку-таки не продадут. Правда, обычно, когда я называю свой возраст, удивляются, но верят – мало кому придёт в голову так спонтанно и нахально врать. Пару раз пришлось препираться, однако, как правило, я побеждаю. Ну не буду я носить с собой паспорт на тот случай, если мне вдруг придёт в голову купить вина! А других удостоверений, звиняйте, нема.

Придя домой, опять приятно удивлена – муж купил свежих нарциссов, вернее, свежих бутонов, взамен увядших. Чует, что ли, приближение дня святого Валентина? Впрочем, мы его никогда особенно торжественно не отмечали – уж больно откровенно выдуманный и коммерческий праздник. Но взаимно подаренных открыток с котятами за 7 лет знакомства скопилось немало. А также некоторое количество сентиментально любимых вещей – как мужнин серый шерстяной свитер, переквалифицированный в домашний, который я подарила ему ещё до свадьбы, на самый первый Валентинов день в 2000 году, и который сама же потом прожгла, оставив рукавом лежать на батарее в нашем первом доме. (Там были удивительные батареи, которые могло породить только протестантское сознание: так называемые storage heaters, которые нагреваются после 9 вечера, когда электричество дешевле, и потом постепенно этот жар выплёскивают: с самой страшной силой где-то в районе 2-х ночи, а потом по убывающей, так что к 5-6 часам следующего вечера, когда все нормальные люди проиходят с работы и хотят расслабиться дома на диване, батареи снова ледяные. Короче, в чистом виде мёртвому припарки.) А также овсяного цвета плюшевый медведь по кличке Flapjack и книжка про фей и прочих магических существ, Джоном специально выписанная из Америки взамен моего первого экземпляра, который пришлось-таки отдать законному владельцу, когда угас романтический пыл и появились новые жёны и приёмные дети.

Дома блаженство – готовить не надо, так как еда осталась со вчерашнего дня (то есть, не то чтобы готовить - это не блаженство, но иногда приятно, когда решительно ничего не нужно обязательно делать), полдевятого покажут детектив из моей любимой серии, муж играет на пианино какие-то расслабленные классические пьесы. Самое главное сейчас – не растечься вялой массой по дивану, потому что это грозит распространиться на все каникулы. Есть такая опасность каждый раз после окончания рабочего триместра или полутриместра. А ещё существенная опасность немедленно схватить грипп или простуду, которая магическим образом пройдёт как раз к началу занятий – это даже так и называется, «синдром учителя».

Но для этого как раз и заведён дневник – это как-то хоть чуть-чуть дисциплинирует и создаёт иллюзию «дела». Не очень понимаю, когда эти записи попадут онлайн, но это неважно. Главное, не дать мозгам завянуть.

Рассуждения о дне святого Валентина напомнили мне самую удивительную «валентинку», которую я когда-либо получала. Дело было в Америке, и послана она была необыкновенно романтическим персонажем на мой адрес в Колби Колледже: огромный, удивительно вульгарный букет из всевозможных красных цветов с золотым керамическим ангелочком, воткнутым в середину. Никогда не забуду, как я вошла в свой «офис», который делила с ассистенткой по немецкому языку, и увидела ЭТО на своём столе. На маленькой карточке было написано – Happy Valentine’s Day from Satan. Я долго хранила и ангелочка, и карточку.

Молодой человек был двоюродным братом бойфренда моей однокурсницы, «паршивой овцой» необыкновенно богатого семейства, которого отправили присматривать за двумя огромными домами на побережье штата Мэн в качестве наказания за нелады с полицией и какого-то минимально полезного занятия в жизни. Satan была его кличка в какой-то нью-йоркской уличной банде. У молодого человека были ножевые шрамы, татуировки до локтя и мягкие усы, которые не мешали целоваться. Я несколько раз ездила к нему в гости, ночевала в неимоверно розовой спальне для гостей, бродила с ним по берегу холодной Атлантики и пустому городишке, который летом наводняет шикарная публика, владеющая домами вдоль побережья, первый раз посмотрела фильм «Храброе сердце», навсегда приобрела яркие ассоциации с некоторыми мелодиями Карлоса Сантаны и впервые примерила байкерскую кожаную куртку. А потом, узнав, что я почему-то не планирую оставаться в прекрасных Соединённых Штатах дольше положенного мне учебного года, молодой человек решил удавить роман в зародыше, чтобы «потом не было больно», и дальше были прощальные поцелуи на автостанции города Бангор, штат Мэн, и закат над Мексиканским заливом во Флориде, на который я пару недель спустя смотрела одна с разрывающимся сердцем. И душераздирающие сцены из истории в жанре «фэнтези», в которых фигурировал персонаж с похожими усами и татуировками. Хорошие, кстати, получились сцены, до сих пор перечитываю с удовольствием.

Вот это всё в ту же тему – «ностальгия по себе». С молодым человеком мы были отчётливо несовместимы, так как за всю свою богатую событиями жизнь он не прочёл ни одной книжки, за исключением комиксов, и тем не менее, что-то колет внутри при этих воспоминаниях. И не от того, что это был самый прекрасный эпизод в моей жизни, а от того, что именно этот восторг и именно это отчаяние не воспроизвести уже никогда. Поди разбери.

@темы: островной быт, проникновенные монологи о разном

18:53 

Отчёт за каникулы

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
10.02.07 Stir-fry с бататом и стручковой фасолью
Слегка обжарить чеснок, имбирь и перец чили, добавить не очень крупно нарезанный батат и разрезанные пополам стручки фасоли. Жарить, всё время помешивая, пока овощи немного не смягчатся. Добавить сладкий соус «чили», кунжутное масло и зелень кориандра. Перемешать, подержать на огне ещё пару минут и подавать с рисом.
Идею готовить таким образом батат, который мы всегда варили, как картошку, я почерпнула из утренней кулинарной программы под названием «Субботняя кухня». Трудно представить себе более уютное начало для недели каникул, чем час на диване перед телевизором, с миской кукурузных хлопьев на завтрак и блокнотом и ручкой – записывать рецепты и полезные идеи.
Дальше, продолжая кулинарную тему, я взялась за выпечку, благо наконец появилось масло. Пока в духовке сидел ванильный кекс с курагой, испекла себе оладьи с изюмом и рикоттой и вылила на них остатки кленового сиропа. Джон от оладий отказался, что на него непохоже.

Ваниль благоухала на весь дом – это ещё один из волшебных ингредиентов, про которые я однажды напишу роман. Как в таком неказистом чёрном стручке может заключаться такой фантастический аромат? Пряности для меня полны магии, и я прекрасно понимаю, почему из-за них происходило столько драматических событий. В прошлом году я купила (опять же, за название) и прочитала восхитительную книжку, которая так и называлась – «Пряность» (Jack Turner, “Spice”) и которая в подробностях описывала, на какие ухищрения, лишения, расходы, манипуляции и жестокости шли европейские державы ради этих магических растений. А также насколько мы обязаны им «Эпохой Великих географических открытий», которую советские учебники истории так стремились приписать идеям Ренессанса и жажде знаний.
Зима кончилась окончательно, даже следа от неё не осталось. С утра шёл вчерашний гадкий дождик. Вдруг заметила, что в горшке с засохшим вереском, который пару месяцев исправно выполнял роль садового цветка, пробились карликовые ирисы. Я купила их в прошлом году, полюбовалась примерно неделю, а потом их прибило заморозком, и я решила, что они умерли. Ан нет.
Почистила мышиную клетку – на этот раз не обошлось без жертв. Мариголд поймалась легко, а Маффин гонялась от меня по всей клетке, пока я не накрыла её наконец всей ладонью. Ухватила и подняла в воздух, и тут обиженный зверь укусил меня за палец. До крови, между прочим! Но я её простила.
Перечитала всё, что написала накануне – вот пробило меня на ностальгию. Но, по-моему, это нужно делать время от времени – вынимать кусочек памяти и словами облекать его в законченную форму. Кому-то рассказать или записать. От этого воспоминания как-то успокаиваются и ложатся на своё место, как фрагменты паззла.
Дальше - в комментах.

18:56 

Масленица!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Она, конечно, продолжается всю неделю, но у нас – сегодня. Собственно, изначально вечером должны были быть гости «на блины» - Джули с девочками, но по зрелому размышлению мы решили собраться у неё, так как места больше и Джон всё равно будет в городе. Но блины я, тем не менее, обещала испечь. Вот они, лежат рыженькой горкой в коробочке, готовые отправиться со мной в путь.

Попробовала новый рецепт – с растительным маслом вместо сливочного и наполовину из цельнозерновой муки. Очень неплохо – конечно, пришлось самой съесть пару «блинов комом». Пекла, всё время сбиваясь со счёта и отвлекаясь на птиц за окном, вернее, за открытой дверью. Синицы, малиновки и зяблики сегодня трещат, щебечут и шелестят маленькими крыльями, как будто именно первый день весны, несмотря на серую погоду и периодический дождик. Впрочем, они это делают каждое утро, просто я обычно или ещё сплю, или уже на работе.

А ещё муж подарил мне в качестве «валентинки» шикарный диск средневековой музыки Средиземного моря: итальянской, испанской, еврейской и турецкой, и во всём – основательная примесь мавританства. Особенно удивительно звучит ливанское «Кирие элейсон» - классический христианский текст, положенный на совершенно арабскую мелодию, с модуляциями голоса, какие можно услышать ранним утром с минаретов Стамбула. И одно песнопение из монастыря Монсеррат, недалеко от Барселоны, куда мы заезжали несколько лет назад, чтобы посмотреть на Чёрную мадонну.

Это, надо сказать, до сих пор одно из самых сильных моих «средневековых» впечатлений. Во-первых, монастырь расположен высоко на отвесном склоне горы, и добираться до него надо на фуникулёре. А во-вторых, в его главной церкви, в стеклянной витрине над алтарём хранится объект паломничества – с ХII века до наших дней – деревянная статуя Богородицы. К ней можно подойти совсем близко, поднявшись по лестнице на специальную галерею, и разглядеть её раннеготические раскосые глаза, тонкие пальцы, жёсткие складки плаща. Почему её лицо и руки – из чёрного дерева, никто по-настоящему не знает. Таких «чёрных мадонн» известно несколько, и особо убедительных теорий никто не придумал. Надеюсь, и не придумают – этой тайне не нужна разгадка, она прекрасна как есть.



@темы: красивые картинки, музыка, путешествия

18:57 

Ещё раз – HAPPY BIRTHDAY NEKOSHKA!!!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Отправляюсь на остановку, пожелав мышам спокойной ночи (они как раз легли спать). Жду автобуса и смотрю на маленькие жёлтенькие цветочки, называются lesser celandines – не спрашивайте даже, как это по-русски. Рюкзак греет спину блинами. Интересно, описывал ли кто-нибудь где-нибудь в литературе персонажа с мешком блинов за плечами?
Новые ботинки «работают» отлично, дождик кончился, выглянуло солнце, и стало тепло и холодно одновременно, как в Питере бывает где-то в середине апреля, только без зелени, конечно. Купила лиловые тюльпаны для Джули – всегда использовала любой поход в гости как эгоистический предлог подержать в руках цветы.


14:41 

Остаток каникул

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
15.02.07 Кексы и карри

Сегодня – единственный день, когда мы с Джоном оба дома. Но наше приятное одиночество вскоре нарушено водопроводчиком, который пришёл, наконец, чинить течь в наших трубах, из-за которой наш счёт за воду примерно на четверть больше, чем нужно. Водопроводчик, правда, восхитительный – благоухает чистотой и лосьоном для бритья и весело перешучивается с Джоном. Я, чтобы чем-то себя занять, завожу очередную выпечку – кексы с черносливом. Люблю рецепты, в которых написано примерно следующее: «не нужно размешивать слишком тщательно, в тесте должны остаться комки». Легко!



Вчера отлично провели время с Джули и её дочками. Правда, немного пугает то, как много общих интересов у моего мужа с десятилетней девочкой: около часа ушло на разглядывание комиксов, которые не сильно изменились со времён его детства. На десерт Джули приготовила шикарную вещь – banoffee pie. Banoffee это гибрид banana и toffee (карамельно-тянучная маса, похожая по вкусу на сгущёнку). В корзиночку из теста кладутся бананы, тянучка и взбитые сливки. Рай!

Кода мы собирались уходить, Джон вдруг некстати проявил наблюдательность:

- Это что, новые ботинки?

Джули немедленно пришла на помощь:

- По-моему, я их уже видела.

Ура женской солидарности. Потом мы с ней обсудили этот вопрос и пришли к выводу, что, собственно, никто никого даже не обманывал – она ведь не сказала, где или на ком она их видела!



Продолжаются тёплые дни, и птицы полностью перешли на весенний режим: чёрные дрозды исходят трелями по утрам и вечерам, восседая на коньке крыши, толстые малиновки объедаются хлебом, который Джон бросает на улицу каждое утро, и зеленушки танцуют в воздухе, вьются парами, как рисунок на китайском свитке.

Вечером Джон готовит карри с креветками – даже сам толчёт и смешивает специи в ступке. Я открываю новую бутылку вина – венгерское розовое. Объявляю мужу, что завтра обязательно поеду в город за книжками. Он фырчит – почему я не могу читать то, что стоит дома на полках? А я практически всё читала. Не верит. Подвожу его к полкам (где всё расставлено в алфавитном порядке – безумие какое-то на меня нашло пару лет назад, в жизни у меня не стояли книжки по алфавиту) и начинаю тыкать пальцами в корешки. Оказалось, из совершенно не читанных мною книг у нас есть следующее: «Мартин Чаззлвит» и какие-то письма Диккенса, большая часть собрания сочинений Лескова, некоторые особо малоизвестные произведения Бориса Пильняка и антикварный Вальтер Скотт в 16-ти томах (не считая «Айвенго»). Муж был вынужден признать, что выбор между Лесковым и Скоттом невелик. А я даже сама удивилась – как так может быть? Всю жизнь торопилась читать, глотала книги, потому что за поворотом всегда стояло что-то ещё, что непременно нужно прочесть каждому образованному человеку. То есть, не только поэтому читала взахлёб, конечно, – природная скорость чтения, буйное воображение и отсутствие братьев и сестёр тоже способствовали не в малой степени. А теперь – могу читать, что хочу. Классики более-менее охвачены, «культовые» авторы тоже, к современной литературе выработался известный скептицизм – если, пролистав несколько страниц, не проникаюсь стилем, или если аннотация на обложке не интригует сюжетом, не буду читать, пусть хоть самый что ни на есть бестселлер-расбестселлер.



16.02.07 Фаршированные грибы

Обжарить луковицу-шалот и измельчённые ножки, срезанные у четырёх больших шампиньонов. Смешать с хлебными крошками, мелко нарезанными грецкими орехами, парой столовых ложек молока, солью, перцем, зеленью петрушки и тимьяна и тёртым пармезаном. Наполнить чашечки двух грибов, накрыть двумя другими и перевязать бечёвкой. Полить оливковым маслом сверху и поставить в духовку на 20 минут. На гарнир – варёный картофель и брокколи.



Это же блюдо я готовила на закуску на Рождество, только в исходном рецепте был сыр «стилтон» вместо пармезана – его просто ломтиками положить поверх начинки. Очень вкусно, хоть я и сама это говорю. И выглядит очень загадочно и по-колдовски – грибы, перевязанные верёвочкой.

Всё-таки съездила в город и провела счастливый час в книжном магазине – наконец-то!! И никакие обстоятельства не вмешались, никто не бросился мне навстречу и не оттащил меня силком от двери Waterstone’s. Это, наверное, мой саымй любимый магазин в Кембридже – на пару с уже красочно описанным «Аль-Амином». Но его я долго живописать не буду – слава боге, все примерно представляют, как выглядит среднестатистический книжный: мало народу, толстый ковёр на полу, кое-где разбросаны диванчики и табуретки, и можно сколько угодно бродить среди стеллажей и листать всё подряд.

Но у меня сегодня была конкретная цель, вернее, даже две. Одна – набрать 3 книжки со специальными наклейками «три по цене двух», причём так, чтобы все три книжки действительно хотелось. А вторая – в очередной раз сделать попытку найти рассказы Трумена Капоте.

Обе миссии увенчались редкостным успехом: я купила сборник всех рассказов Капоте и три «бестселлера» по спецпредложению. Один из них я уже читала, но уже очень мне понравилось – думаю, однажды перечитаю не без удовольствия. Называется «Жена путешественника во времени», и сюжет полностью соответствует названию. Одна из тех книг моего любимого жанра, который я очень условно, для себя, называю «магическим реализмом», где фантастический элемент так удачен и так искусно вплетён в реальность, что невозможно воспринимать его как сказку. И два эксперимента: «Магия для начинающих», к которой я давно примеривалась, и нечто современного венгерского автора, тоже с элементами фантастики. Тянет меня на Восточную Европу, совершенно неудержимо. Самое прекрасное на эту тему, что я не очень давно читала, - «Историк» Элизабет Костовой, шикарно построенный на исторических и не очень изысканиях о Дракуле. Что ж, попробуем Венгрию.

И ещё одна большая радость – праздно завернув в секцию детективов, где я не очень часто бываю, я обнаружила целую серию книг Барбары Надель, с тем же самым турецким инспектором в качестве главного героя и, самое главное, с тем же местом действия. Помните, как мне не хотелось выбираться из Стамбула? Так вот, теперь я нашла ещё по крайней мере 6 романов! Купила пока один, но непременно вернусь на следующей неделе.

А после ужина мы посмотрели, наконец, «Сундук мертвеца», взятый напрокат у Джули. Летом, будучи всё время в разъездах, так и не собрались на него в кино – что было обидно, так как это был один из тех редких фильмов, который вдохновил бы моего мужа на подобную жертву (поход в кинотеатр). Получили массу удовольствия, хотя, конечно, это явный «сиквел», со всеми характерными симптомами, из которых главный – отсутствие сюжета как такового. Впрочем, на Джонни Деппа я готова смотреть безо всякого сюжета, особенно в индейской раскраске, с глазами, нарисованными на веках и на щеках.

дальше - в комментариях.

@темы: проникновенные монологи о разном, островной быт, книги, рецепты, фильмы

14:46 

Розовый снег

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Вишнёвый цвет.

14:54 

Гребешки с китайской капустой

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
21.02.07

Обжарить нарезанный чеснок и перец чили, добавить гребешки, жарить минут 5. Потом перевернуть, посолить, сбрызнуть соком лайма и дожаривать ещё столько же. Добавить китайскую капусту, обжарить, помешивая. Подавать с рисом и соевым соусом.



Вчера я не готовила, так как было очередное родительское собрание, и Джулии меня накормила обедом, благо она живёт недалеко от школы. Вечером посмотрела свою программу, которую муж опять любезно записал, хотя я не просила, почитала немного и плюхнулась спать.

Сегодня утром был ливень, который кстати кончился, как раз когда я вышла из автобуса. На ветках лип вдоль тротуара висели алмазные капельки, светились на фоне прорывов голубого неба. На этот раз не ледяные. И самая прелесть – на ветках цветущей вишни около католической церкви. Как ворох диадем из свадебного каталога – розовые цветы и бриллианты.

После этих чудес природы весь день пошёл под откос, несмотря даже на то, что выглянуло солнце. Документы, связанные с обменом, довели меня практически до истерики к концу дня, в сочетании с полными идиотами вокруг, которые не могут сделать то, о чём их просят, и совсем не идиотами, которые бурно рвались решать за меня мои проблемы, хотя их никто не просил. В итоге полпятого я ушла с работы с твёрдым намерением себя порадовать.

Результат: короткий уличный пиджак, довольно тёплый, в непонятную рябую жёлто-зелёно-серую клетку, морские гребешки, которые стоят примерно как золотые, и очередная книжка из серии стамбульских детективов. Лампочку я опять не купила.

Детектив проглотила за вечер, решив не смотреть «Трою» - ну не верю я в Брэда Питта в роли Ахиллеса. На самом деле, я как бы читаю сейчас «Магию для начинающих», но это сборник рассказов, а в них всегда полезно сделать перерыв. Рассказы есть неплохие, про сюрную Америку, которую я очень хорошо узнаю, но иногда с чрезмерной заумью, которая раздражает. Самые удачные - про волшебную сумочку, в которой живут феи, и про кроликов в саду, которые начинают войну против обитателей дома.

@темы: книги, рецепты

14:59 

Серость

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Мерзкий дождь с утра, такое ощущение, что конец триместра, а не середина после каникул. Что-то ужасно придавливает к земле. Приходится радовать себя мелочами - надела новое пальто.

Когда я прохожу утром по Юнион-роуд к школе, встречаю почти каждый раз старичка и старушку с мохнатой белой собачкой. Вот уже почти год мы обмениваемся "добрыми утрами", и я прихожу на работу с улыбкой.



Лосось с рисом и луком-пореем

Обжарить нарезанный колечками лук-порей в оливковом масле, добавить щепотку шафрана и рис басмати, всё перемешать. Влить овощной бульон, довести до кипения. Перелодить в огнеупорное блюдо, положить сверху крупные куски лосося без шкурки, посыпать мороженым зелёным горошком и поставить в духовку.



Рис упорно не желает готовиться, я начинаю злиться. Бывают такие уникальные кучки риса, которые стремятся испортить вечер во что бы то ни стало.

Впрочем, я немного расслабилась, отправив, наконец, злосчастные документы на визы в российское консульство. А также съездив с Клаудией на примерку платьев для благотворительного показа мод (половина денег – школе, половина – детскому хоспису в пригороде Кембриджа; организуют наши старшеклассницы). Магазин, предоставляющий платья на вечер, получает бесплатную рекламу, мы получаем возможность бесплатно покрасоваться в вечерних туалетах.

Платья, надо сказать, большей частью были совершенно отвратительные, несмотря на заоблачные цены: полиэстер, цвета в основном разновидности «вырви-глаз», стразы и перья. Тем не менее, всегда приятно повертеться перед зеркалом в разных нарядах. У меня, как всегда, проблема: несоответствие бюста и бёдер. Плюс ко всему, у среднестатистической англичанки один из самых больших размеров груди в Европе. Так что понятно, какие у меня были проблемы с выбором платья. Всё-таки, подобрали мне нечто тёмно-синее, по цвету похожее на мой выпускной костюм, до полу, с тонкими лямками, глубоким вырезом и блестящей пряжкой. Выглядит неплохо, хотя, конечно, не очень мой цвет. Впрочем, мне неохота спорить – дамы в магазинах шикарных платьев всегда вгоняют меня в застенчивость и редкостную готовность на всё соглашаться. В любом случае, мероприятие будет весёлое.

Вчера в Англии было Ash Wednesday – «Пепельная среда», первая среда Великого поста. Одна из моих любимых, самых талантливых старшеклассниц, которую я учу уже 5 лет, пришла ко мне на урок с пепельным крестом на лбу. Мне хотелось плакать. Впрочем, бедная девушка происходит из ирландской, истово католической семьи. Когда мы улетали из Питера два года назад, она позвонила маме из аэропорта и узнала, что специально для неё записывают на видео похороны Папы римского. Трагично, когда ребёнку с детства забивают голову всякой фигнёй.

Ура, купила себе лампочку! Ввернула, зажгла и сижу за секретером, «как большая». Правда, на кресле-качалке – к секретеру по-прежнему не хватает нормального стула, который не нужно было бы таскать из кухни. Но это вопрос сложный, так как офисное кресло в наш интерьер явно не вписывается, а найти одинокий антикварный стул, пригодный для работы за компьютером, - не самое простое дело.

Мыши снова переехали – пожили недельку в старом доме и взялись за стройку. Сгребли все опилки и сено в кучу, закопали в неё миску с остатками еды, укрепили всё это кусками разодранных картонных рулонов, и получилась башня до потолка. Теперь им не надо выходить, если проголодаются – можно откопать что-нибудь в миске. А ещё у них есть картонное крылечко, на которое они выходят, чтобы принюхаться, не происходит ли что-нибудь интересное.

Немного разочарована прочитанным вчера третьим стамбульским детективом. Собственно, вторым тоже. Но это, наверное, закономерно: первый роман – плод любви, результат многолетнего увлечения Турцией, отточенные образы старого Стамбула, персонажи, с которыми автор явно носился не один год. А дальше – успех, контракт с издательством, и дело поставлено на поток. Появляются клише, появляется непоследовательность – в одном романе балкон инспектора Икмена выходит на улицу Диван-Йолу, в другом – он любуется с него Голубой мечетью. Ну никак это не возможно! Впрочем, всё равно куплю все остальные книги серии – всё равно получаю удовольствие от описаний города, узнавания мест, да и интрига с чисто детективной точки зрения неплохая.

@темы: рецепты, островной быт, книги

15:44 

Цветы и цвета

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
На моём поле по пути на работу - два пятна цвета: жёлтые нарциссы (привет от Уильяма Вордсворта и школьных уроков английского) и белые чайки. Всё постепенно распускается - белым кружевом зацвёл колючий терновник, который в Англии сажают в качестве изгороди. Мне тоже хочется зацвести, только вот никак не придумать, каким образом.
Удивительно - сегодня нет никаких дел. Даже учить никого особенно не надо: на 4 уроках из 6 дети пишут тесты, а я сижу и занимаюсь ерундой. И после работы никуда не нужно бежать. Лампочка есть, еда на вечер тоже, всё остальное купится завтра в супермаркете. Даже обидно.

19:02 

Дело!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Ура, придумала дело! Пойду куплю себе и Джону хорошие красные ручки - проверять работы учеников и студентов. Гелевые, с тонким стержнем.
До понедельника!

15:51 

Три дня жизни

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
24.02.07 Рыбное карри

Готовит опять муж, сам напросился, я не заставляла. Выбрал в супермаркете ингредиенты – сайду, шпинат.

После супермаркета мы с Джоном расстались: он отправился домой, а я пошла бродить по Милл-роуд в ожидании трёх часов, когда я и все мои коллеги были званы в гости на (запоздалое) празднование китайского Нового года. Наша китаянка – существо очень трогательное, по-английски понимает через два слова на третье, а от учениц ожидает конфуцианского почтения перед учителем и безукоризненной дисциплины и очень огорчается при неизбежном столкновении с реальностью. Одну девочку из начинающей группы (китайский у нас первый год) уже по обоюдному согласию перевели в середине года ко мне, потому что София не могла с ней справиться. Но это всё так, к слову.

На Милл-роуд я зашла во все благотворительные магазины, но ничего интересного не нашла – неурожай, бывает. Зато обнаружила, что одна из антикварных лавочек стала торговать ещё и винтажной одеждой, и провела блаженный час в закутке с платьями сороковых годов, викторианскими кружевными блузками и безумными шляпками. К сожалению, то есть, к счастью, то, что привлекло моё внимание, было не моего размера, кроме шёлковой блузки начала двадцатого века, с чуть пожелтевшими кружевами. Что с ней делать, тем более за 60 фунтов, - совершенно непонятно. Но ощущения от магазина сказочные – как от стенного шкафа на Миллионной, из которого я всё своё детство вытаскивала бабушкины шёлковые платья, сетчатые перчатки, куски кружева, бархатные ленты. Однажды, я знаю, я не удержусь и куплю себе здесь безумное бальное платье годов эдак пятидесятых. Конечно, если оно окажется зелёное.

Примерив все шляпы (ах, вспомнила зелёную шляпку с чёрной вуалеткой, которая так мне шла в 15 лет в магазине датского города Орхуса...), отправилась искать адрес Софии. От Милл-роуд во все стороны отходят чудесные тихие жилые улочки, как правило, с односторонним движением или вообще частично закрытые для проезда, застывшие ломтики девятнадцатого века, трагически испорченные двумя рядами припаркованных у каждого дома машин. София приготовила китайскую еду, попробовав которую я окончательно убедилась, что не очень перевариваю эту кухню – уж слишком много жира. То есть, конечно, могу проглотить немало еды, сдобренной соевым соусом, но удовольствие при этом получу исключительно от глутамата натрия.

По дороге домой купила нам с Джоном весы в ванную – оба ощущаем в данный момент некое неудобство в районе талии. Теперь будем знать точно, в чём дело. Джон грозится с первого марта сесть на диету и временно перестать есть сладкое. Ха-ха, посмотрим.

Чуть было не пошла в книжный за очередным детективом, но решила сделать перерыв и почитать другие свежекупленные вещи, которые лежат дома. В качестве оправдания себе подумала, что мои турецкие детективы – не только лёгкое чтиво, но ещё и неплохой источник культурной информации, так как автор явно тщательно проверяет свои факты и для каждого романа проводит серьёзное исследование. Из последнего (купленного и прочитанного в пятницу), к примеру, узнала о традиции кровной мести у албанцев, типа вендетты.

Дома меня ждёт восхитительный том в твёрдом переплёте и прозрачной синей суперобложке: те самые «Стеклянные книги пожирателей снов», начало которых можно было бесплатно взять в тоненькой брошюрке на прилавке книжного магазина, и которые пленили меня своим названием. Отличный способ ловить читателя на крючок – прочитав начало, наверняка захочет узнать, что было дальше. Впрочем, я поймалась не только на сюжет, но и на хороший язык.







25.02.07 Картофель-фри с грибами и шпинатом

Это не рецепт, это просто все самые простые ингредиенты, брошенные вместе на одну тарелку и приправленные майонезом. Никому неохота готовить, потому что Джону практически всегда неохота, а я с головой ушла в свою «стеклянную книгу». Оторваться невозможно, потому что сюжет не даёт передышки ни на минуту, а кроме того, очень легко, отвлекшись, забыть какую-нибудь существенную деталь приключений предыдущей главы. По жанру это нечто почти старомодное: напоминает Жюля Верна, Уэллса, а больше всего, наверное, Александра Беляева. Классический приключенческий сюжет, завязанный на фантастическое и зловещее научное открытие, действие которого происходит примерно в начале двадцатого века в несуществующей стране, очень напоминающей Англию, вернее, в основном, в её несуществующей столице, очень похожей на Лондон. И шикарные герои, особенно один, вызывающий жгучую зависть, потому что его я бы не смогла придумать. Главный фантастический элемент, пожалуй, могла бы, поэтому чуть меньше завидую.

Давно, чуть ли не с подросткового возраста, не читала чистых приключений. Получила огромное удовольствие, хотя и ничего больше не сделала за день.



26.02.07 Грибное ризотто и брюссельская капуста

Эту комбинацию никому повторять не советую. Вообще недовольна всем, так как муж долго выковыривал из ризотто сушёные лисички, а потом и вовсе заявил, что он, оказывается, в целом не слишком большой любитель ризотто. А капусту пришлось срочно варить, чтобы не испортилась, потому что в субботу некоторые граждане с воплями бросились на неё с супермаркете, а потом дома потеряли интерес.

Завершается наш ужин клубникой, купленной всё теми же импульсивными гражданами, которые не слушали моих уверений, что она будет хрустящая и пластмассовая. Гм. Что и требовалось доказать.

Каждое утро теперь прохожу под двумя цветущими вишнями, и настроение сразу приподнимается на цыпочки. Бледно-розовые цветы на фоне чёрных веток, японская ваза, иллюстрация к хайку, нежность и твёрдость.

Сегодня после работы у меня было самое натуральное, непридуманное дело: купить открытки Дону и Маргарет (моим in-laws) на дни рождения, которые у них подряд на этой неделе. Покупка открыток всегда превращается в нечто сродни походу за Святым Граалем – шансы достичь цели примерно одинаковы. Ну почему не делают приличных открыток?!! Почему везде сплошные человечки из палочек, розовые бантики, вульгарные шутки, котята в очках, кисельные пейзажи и букеты в духе Моне? Неужели мало хороших произведений искусства, которые можно использовать, и неужели нет приличных молодых художников?! Этот крик души вырывается у меня всякий раз, когда приближается чей-нибудь день рождения. Самые ужасные места, куда точно не стоит заходить, - магазины открыток. «Моей любимой сестре / племяннику / дедушке / двоюродной тёте...» «Ура! Тебе 3 / 18 / 30 / 65...» А как насчёт просто «С днём рождения»?

Не без труда, обойдя полгорода (есть у меня специальные уголки на примете), купила-таки две симпатичные открытки за три минуты до закрытия универмага.

@темы: книги, островной быт, рецепты

16:10 

Сапоги и зонтики

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Сегодня утром я надеялась на приятную прогулку на свежем воздухе, когда я смогу разглядеть, что там ещё зацвело, а получила пробежку под мелким дождиком. Что пробежку - сама виновата, меньше надо стоять под душем, но это практически невозможно, так как вода совершенно завораживает меня. Дома в Питере я включала кран, садилась на деревянную решётку над ваннойи медитировала, пока мама не начинала стучать в предусмотрительно запертую дверь. И с детства любая лужица, любой затянутый ряской пруд притягивали, как магнитом. Помню одну ямку под водосточной трубой на углу Миллионной, где вода задерживалась подолгу и образовывала маленькое озерко с гравием и обломками кирпича на дне. В первом классе, по дороге из школы (моей первой, на Невском проспекте) я останавливалась и разглядывала свой "уголок природы".

Но это вообще ни к селу, ни к городу.

Так вот, шлёпала я по лужам в новых ботинках (боевое крещение) и думала, что пора всё-таки купить резиновые сапоги. Не зелёные бахилы, конечно, а модные, яркие, в горошек или в цветочек. Или, как я вчера видела, с кисками и собачками. В Англии они называются Wellington boots (сокращённо wellies), в честь героя наполеоновских войн и победителя при Ватерлоо. Становится очень смешно, потому что я вспоминаю портрет в Галерее 1812 года в Эрмитаже, где он стоит такой гордый и элегантный, в чёрных сверкающих высоких сапогах, на которых совершенно отсутствуют цветочки. Попробуйте мысленно произвести замену.

Дождь начинает идти сильнее, и я всё-таки вынуждена открыть зонтик, белый, с рюшем по краю, побивающий все рекорды неуместности на серой утренней дороге среди грязных полей. Успеваю на автобус только-только, в автобусе крашусь и становлюсь немного похожа на человека.

Начинаю потихоньку осознавать, насколько сильное привыкание вырабатывает блог. Very addictive. Живу с постоянным мысленным комментарием в голове и записываю обрывочные мысли, которые хочу перенести в дневник. Опасность, конечно, в том, что я теперь нашла простой выход своей творческой энергии и уже больше никогда ничего другого не напишу.

@темы: островной быт

12:36 

Весна пришла!!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Ага, вот новость. Сегодня опять ветер и солнце, всё цветёт и поёт, кроме меня, потому что у меня рабочий день до 9 часов.

12:36 

Запись-призрак

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Странно, я была уверена, что вчера повесила всё это в дневник, но, видимо, у меня или у сайта были галлюцинации. Ну да ладно, вот она.



28.02.07 Последний день зимы, которой не было

Почтальоны на красных велосипедах

Бутылки молока на крыльце

Трели чёрных дроздов на крыше

Нарциссы проснулись вдоль дороги

Английское утро



Сегодня с утра сильный ветер, палатка, которая служит нам в этом году актовым залом, хлопает крыльями и грозит улететь. Мы репетируем в ней свой показ мод, очень смешно, потому что все в джинсах.

Вчера вечером, когда я пришла в центр после работы, вдруг как будто включили театральную подсветку. Тучи налетели поверх предзакатного золотого солнца, и оно просвечивало сквозь них, как электрическая лампочка. Это было одно из тех природных явлений, на которые обращают внимание все, даже люди, не склонные к наблюдениям за небом.

Вчера последние два урока у меня была одна из моих любимых групп: 8 девочек, по-разному очень симпатичных, внешне совершенно непохожих друг на друга, но похожих какой-то милой наивностью и несовременностью. Конечно, у них всех есть i-pod, компьютер и т.д., но они всё равно в свои 14-15 лет как-то больше дети, чем многие другие подростки даже в 12. Одна индианка, с профилем принцессы с индийской миниатюры, в другой явно видны мамины бразильские корни, третья – прерафаэлитский ангел с рыжими волосами ниже пояса. Я смотрела на них, пока они писали какое-то упражнение, и вспоминала картину Розетти, где хор ангелоподобных детей в средневековых одеждах окружает какую-то центральную фигуру, и все они поют, и все они разные. Никак не могу вспомнить, что в середине, поэтому не найти репродукцию в Интернете. 6 из них привезу в Питер, они очень надеются, что будет снег.



Ватрушка с помидорами и шпинатом

«Ватрушка» - это очень условное название, потому что мне иначе никак не перевести tart.

В супермаркетах продаётся такое волшебное тесто, которое уже раскатано и свёрнуто в аккуратный рулончик. Остаётся его только развернуть, положить в форму и заполнить начинкой, в данном случае – ломтиками твёрдого козьего сыра, помидорами «черри», шпинатом, зелёным луком и смесью яиц, молока и греческого йогурта.

Из оставшегося комочка теста муж делает крохотный рулетик с апельсиновым джемом. Как маленький, честное слово. Впрочем, это и есть воспоминание о детстве – его бабушка, если у неё оставалось тесто, разрешала ему самому сделать маленькую ватрушку или пирожок.

В ожидании ужина Джон поставил «Времена года» Чайковского – а это уже воспоминание о моём детстве, моих уроках музыки, для которых я старательно (хм-м-м) разучивала «Апрель» и «Октябрь».

Планирую меню на субботу – моя бывшая испанская коллега приезжает с семейством в Кембридж на уикэнд, и я пригласила их к нам на ланч. Познакомлюсь с её двухлетним сыном.

Вообще, как всегда, всё происходит одновременно: завтра очередное родительское собрание, в пятницу вечером показ мод, а в субботу гости... Как это мне так удалось всё хитро спланировать?!

@темы: островной быт, стишата

12:39 

Весна пришла!!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Ага, вот новость. Сегодня опять ветер и солнце, всё цветёт и поёт, кроме меня, потому что у меня рабочий день с 9 до 9. Правда, прогулка к автобусу была более приятная, чем позавчера, особенно потому что попутный ветер легонько подгонял меня вперёд, используя мою длинную юбку в качестве паруса.

18:12 

Ведьма, падающая с метлы

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Вчера мой рабочий день закончился в 9, полдесятого я была дома, и меня встретил разор и разгром - Джон решил вымыть пол на кухне как раз к моему приходу. Пришлось прыгать по газеткам к дивану в гостиной, минуя оборонительные сооружения из стульев и ботинок. С очень большим трудом удержалась от злобных комментариев - делается это всё ради меня, так как завтра придут мои гости.

Родительское собрание, как всегда, приятное, но утомительное мероприятие - потом ложишься в кровать и понимаешь, что голову никак не отключить. Очень смешно смотреть на детей вместе с родителями, особенно когда очень похожи или резко наоборот.

Перед собранием я успела съездить в супермаркет и купить продукты к субботе, проверить все тетрадки и провести час на телефоне, решая проблемы с обменом. Как бы я была счастлива, если бы мои коллеги в 185-й школе научились смотреть ну хоть на полшага вперёд и немножко вокруг! Глобальный кризис (нехватка одного партнёра) был предотвращён моими мозговыми усилиями, мне в качестве приза достались одни слегка недовольные родители, но это я переживу. Работая в школе, очень быстро осознаёшь, что на мелкое недовольство надо плевать с высокой колокольни, особенно если знаешь, что твоей вины нет.

Утром заметила, что через дорогу от нашего дома распустилась верба.

Сегодня опять день на ура, показ мод в 8 часов, а до него надо приготовиться к урокам на понедельник, выбежать поесть и купить заколку и успеть на одну, а лучше две генеральные репетиции и укладку волос. Буду дома около 10, не раньше. Но это уже проблемы, которые я создала сама себе, для развлечения, поэтому не так напрягает. Но голова не работает уже никак.

Морковный суп с кориандром

Это не я готовила, просто записываю идею. Мы с Клаудией выбрались в город перед репетицией и перекусили в маленьком ресторанчике под названием «Медный чайник» (тоже что-то из Фрая?), прямо напротив Кингз-Колледжа. Он недавно перешёл в новые руки, кажется, турецкие, что весьма положительно отразилось на меню. Много-много свежего душистого кориандра и чуть-чуть чили – как раз то, что нужно, чтобы вернуть меня к жизни.

Дальше – бегом обратно, на укладку. В школе царит восхитительный хаос, волшебный сон для любого представителя сильного пола: полуодетые семнадцатилетние девушки бродят тут и там, заплетают друг другу волосы, обмениваются заколками, примеряют туфли, натягивают чулки. Все в разных степенях неглиже, в ожидании платьев, которые должны прибыть перед самым показом: кто в джинсах и майке, кто в кимоно, кто в камуфляжных штанах и коротком халатике. Некоторым уже сделали причёску и макияж, и они ходят в своих джинсах, халатах и золотых сандалиях, высоко держа голову с невообразимыми локонами.

Я жду своей очереди на укладку в классе, полном старшеклассниц, и слушаю их трогательную болтовню. Парикмахерша спрашивает меня, когда я наконец сажусь перед ней: «Ты уже в последнем классе?» Мне смешно, но приятно. Спустя 17 шпилек и 6 невидимок (как я выяснила потом, разбирая это сооружение) и, к счастью, не очень много лака, я вижу в зеркале незнакомое лицо – спереди всё прилизано, и зигзагообразный пробор ведёт наверх, к хитрой конструкции из многочисленных хвостиков.

Невообразимо прекрасная в джинсах, с безумной причёской и в туфлях на шпильках поверх голубых носков, иду на репетицию, потом делать сама себе макияж. Вполне довольна результатом. Выпив бокал вина для храбрости, отправляюсь одеваться. Надо сказать, что хотя я сама никогда не выбрала бы ни это платье, ни причёску, всё вместе смотрится неплохо. Дальше нам устраивают фотосессию, и мы выстраиваемся в боевую готовность в коридоре. Начинается дождь, от двери во двор до палатки выстраиваются люди с зонтами, чтобы «модели» не намокли по пути на подиум.

Девочки все сказочно прекрасны, все похожи на принцесс и немножко – на Наташу Ростову перед первым балом. Среди преподавательского состава есть пара трагических ошибок, но мы всё равно уверяем друг друга, что выглядим восхитительно. Само мероприятие пролетает очень быстро, публика аплодирует и щёлкает фотоаппаратами, и вот уже платья снова на вешалках, а мы тихо радуемся тому, что завтра не на работу.

Клаудия везёт меня домой, и добрый муж встречает меня вопросом: «Что это у тебя на голове?» С бокалом вина смотрю свою кулинарную программу в записи и с облегчением валюсь в постель.

Дальше фотки смотрите в комментариях.



@темы: островной быт, фото

The Accidental Cookbook

главная