Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Фото (список заголовков)
19:34 

Картинки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Пространная запись, равно как и вчерашний ужин, что-то не просятся на экран, а вот мои рождественские фотки - очень даже. Во-первых, конечно, Christmas cake - предмет колоссальной гордости, так как весь, за исключением белой глазури и марципана, который под ней, был сделан своими руками (ну а глазурь и марципан раскатаны и положены сверху). А украшения сверху - из ягод клюквы и веточек розмарина, обмазанных яичным белком и посыпанных сахаром! (Идея, само собой, из кулинарного журнала.) Потом - венок, который я плела в Сочельник, расположившись на полу в гостиной у моей свекрови. Из проволочной вешалки, подарочных ленточек, остролиста, плюща, кипариса и китайских яблочек, удачно обнаружившихся в саду. А за остролистом специально ходили в лес. Я под ёлкой, под которой я нашла книжку под названием "Как ухаживать за вашей мышью" - символический подарок-обещание, которое было вскоре сдержано. Надо было видеть лица обеих мам, когда я продемонстрировала им обложку! Муж сказал, что хотел купить мышей непосредственно на 25-ое декабря, но подумал, что, они будут очень шуршать в подарочной бумаге под ёлкой. Мои рождественские пирожки, начинку для которых я уже красочно описывала и которые я в итоге пекла 4 раза, потому что они очень быстро исчезали. И чуть было не запекла в один из них своё обручальное кольцо, пока месила апельсиново-коричное, очень густое тесто. Ну и все мы на диване, трогательная классическая фотка, которая должна оставаться от каждого семейного праздника, несмотря на неизбежную нехудожественность. Жаль, в кадр не вошло мамино вязание - очень уютно она щёлкала спицами и разматывала зелёную шерсть, сидя рядом с зелёной ёлкой. (Смотрите комментарии.)

@темы: островной быт, фото

18:32 

Продолжение картинок

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Рабочий день и неделя закончились, поэтому я сижу и безнаказанно трачу время на фигню, то есть, вешаю ещё картинки. Вот расплывчатый рождественский Лондон (забыла поставить фотик на что-нибудь), вид со ступенек Национальной галереи, где мы с мамой смотрели Веласкеса.

@темы: фото

19:54 

Иней

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Ещё картинки - это тот иней и туман в середине декабря, в котором мы пытались покупать ёлку. Первая - вид из окна на лестнице. Дальше - смотрите комментарии.

@темы: фото

20:09 

Мышки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
а вот посмотрите, какие мы красивые... С тонкой белой полоской по носу - это Маффин.





@темы: звери, фото

18:12 

Ведьма, падающая с метлы

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Вчера мой рабочий день закончился в 9, полдесятого я была дома, и меня встретил разор и разгром - Джон решил вымыть пол на кухне как раз к моему приходу. Пришлось прыгать по газеткам к дивану в гостиной, минуя оборонительные сооружения из стульев и ботинок. С очень большим трудом удержалась от злобных комментариев - делается это всё ради меня, так как завтра придут мои гости.

Родительское собрание, как всегда, приятное, но утомительное мероприятие - потом ложишься в кровать и понимаешь, что голову никак не отключить. Очень смешно смотреть на детей вместе с родителями, особенно когда очень похожи или резко наоборот.

Перед собранием я успела съездить в супермаркет и купить продукты к субботе, проверить все тетрадки и провести час на телефоне, решая проблемы с обменом. Как бы я была счастлива, если бы мои коллеги в 185-й школе научились смотреть ну хоть на полшага вперёд и немножко вокруг! Глобальный кризис (нехватка одного партнёра) был предотвращён моими мозговыми усилиями, мне в качестве приза достались одни слегка недовольные родители, но это я переживу. Работая в школе, очень быстро осознаёшь, что на мелкое недовольство надо плевать с высокой колокольни, особенно если знаешь, что твоей вины нет.

Утром заметила, что через дорогу от нашего дома распустилась верба.

Сегодня опять день на ура, показ мод в 8 часов, а до него надо приготовиться к урокам на понедельник, выбежать поесть и купить заколку и успеть на одну, а лучше две генеральные репетиции и укладку волос. Буду дома около 10, не раньше. Но это уже проблемы, которые я создала сама себе, для развлечения, поэтому не так напрягает. Но голова не работает уже никак.

Морковный суп с кориандром

Это не я готовила, просто записываю идею. Мы с Клаудией выбрались в город перед репетицией и перекусили в маленьком ресторанчике под названием «Медный чайник» (тоже что-то из Фрая?), прямо напротив Кингз-Колледжа. Он недавно перешёл в новые руки, кажется, турецкие, что весьма положительно отразилось на меню. Много-много свежего душистого кориандра и чуть-чуть чили – как раз то, что нужно, чтобы вернуть меня к жизни.

Дальше – бегом обратно, на укладку. В школе царит восхитительный хаос, волшебный сон для любого представителя сильного пола: полуодетые семнадцатилетние девушки бродят тут и там, заплетают друг другу волосы, обмениваются заколками, примеряют туфли, натягивают чулки. Все в разных степенях неглиже, в ожидании платьев, которые должны прибыть перед самым показом: кто в джинсах и майке, кто в кимоно, кто в камуфляжных штанах и коротком халатике. Некоторым уже сделали причёску и макияж, и они ходят в своих джинсах, халатах и золотых сандалиях, высоко держа голову с невообразимыми локонами.

Я жду своей очереди на укладку в классе, полном старшеклассниц, и слушаю их трогательную болтовню. Парикмахерша спрашивает меня, когда я наконец сажусь перед ней: «Ты уже в последнем классе?» Мне смешно, но приятно. Спустя 17 шпилек и 6 невидимок (как я выяснила потом, разбирая это сооружение) и, к счастью, не очень много лака, я вижу в зеркале незнакомое лицо – спереди всё прилизано, и зигзагообразный пробор ведёт наверх, к хитрой конструкции из многочисленных хвостиков.

Невообразимо прекрасная в джинсах, с безумной причёской и в туфлях на шпильках поверх голубых носков, иду на репетицию, потом делать сама себе макияж. Вполне довольна результатом. Выпив бокал вина для храбрости, отправляюсь одеваться. Надо сказать, что хотя я сама никогда не выбрала бы ни это платье, ни причёску, всё вместе смотрится неплохо. Дальше нам устраивают фотосессию, и мы выстраиваемся в боевую готовность в коридоре. Начинается дождь, от двери во двор до палатки выстраиваются люди с зонтами, чтобы «модели» не намокли по пути на подиум.

Девочки все сказочно прекрасны, все похожи на принцесс и немножко – на Наташу Ростову перед первым балом. Среди преподавательского состава есть пара трагических ошибок, но мы всё равно уверяем друг друга, что выглядим восхитительно. Само мероприятие пролетает очень быстро, публика аплодирует и щёлкает фотоаппаратами, и вот уже платья снова на вешалках, а мы тихо радуемся тому, что завтра не на работу.

Клаудия везёт меня домой, и добрый муж встречает меня вопросом: «Что это у тебя на голове?» С бокалом вина смотрю свою кулинарную программу в записи и с облегчением валюсь в постель.

Дальше фотки смотрите в комментариях.



@темы: островной быт, фото

19:57 

Ещё фотки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Марокканские гамбургеры

Обжарить лук, чеснок, лук-порей, добавить молотый тмин и чили, немного нарезанного чернослива и кураги. Банку красной фасоли промыть. В блендере смолоть орехи (грецкие, фисташки, кедровые), отложить большую часть на тарелку. Добавить к оставшимся орехам фасоль и луковую смесь, смолоть в фарш, обвалять в орехах и обжарить по 4-5 минутс каждой стороны. На гарнир – кускус с маринованным перцем, свежий молодой горох в стручках и йогурт со свежей мятой.

Предусмотрительно готовлю на два вечера – завтра возьму с собой в школу, и мужу достанется.

Как-то очень мало сил остаётся, непонятно, как на них протянуть две недели, да ещё откатать уикэнд в Мэдингли и собрать себя и детей для обмена. Главное – дожить до того момента, когда мы сядем в самолёт, дальше всё образуется само собой.





(См также запись от пятницы)






@темы: рецепты, фото

16:37 

The best week in St. Petersburg - Part II

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Обедаем в «Чайной ложке». Я снимаю своих девочек в длинной очереди за блинами, ко мне подходит молодой человек в форме и сообщает, что фотографировать нельзя. «Почему?» - «Там написано.» Предполагается, что я должна принять такой ответ, как совершенно исчерпывающий. В процессе дальнейших выяснений я узнаю, что снимать можно, но только не стойку, где выдают блины. «Это что, стратегический объект?» Мой вопрос ставит молодого человека в тупик, и он только глупо улыбается мне. Ладно. Бог с ним.

По дороге в Эрмитаж выясняется, что у одной из моих девочек есть знаменитый предок – ни больше, ни меньше, Барклай де Толли. В Галерее 1812 года мы долго фотографируем её под портретом.

В Георгиевском зале японские туристы снимаются на фоне трона. Почувствуйте себя дома. Можно было не выезжать из Кембриджа.

Вечером звонит грустный ребёнок, в голосе дрожат слёзы. Скучает по дому. Час рассказываю ей байки про кошек, про Петра Первого, про свой первый американский обмен. Вроде помогло, ребёнок повеселел и сказал, что пойдёт спать.

Знакомый фонарь светит прямо в глаз. Дышать невозможно. Похоже, у меня аллергия на воздух родины. Или это Питер так мстит мне за то, что я уехала?



24.03.07

Привезла детей на Пискарёвское кладбище, рассказываю о блокаде в павильоне, перед хлебным пайком и дневником Тани Савичевой. Голос с трудом не срывается, но я чувствую, как будто выполняю какой-то долг перед городом.

После экскурсии по городу иду от школы на Фурштадтскую, к старому Некошкиному дому – опять путешествие в прошлое. Только она почему-то вылезает из серебристого «вольво».

Пьём чай с её мамой на кухне – самое естественное занятие в Питере. Заодно нам перепало волшебной рыбки корюшки – ещё один вкус дома. Заедаем её огурцом и конфетами «Рафаэлло».

Вообще, когда я приезжаю в Питер, всегда ем что попало, где получится. Чай на чьей-то кухне, суп поздней ночью дома, мороженое на Невском, кофе и пирожное на обед, селёдка под шубой в «Чайной ложке», салат у тётушки – чёрт знает что. Редко выходит нормальный завтрак / обед / ужин. Но это совершенно неважно, в этом есть своя прелесть. И я никогда не набираю вес!

Едем с Некошкой в Дом книги, который преображён до неузнаваемости.Снаружи здание отремонтировали ещё раньше, в прошлом году, когда невозможно засверкали огромные окна и золотые маски в стиле модерн. Я долго горевала по поводу лестницы с зеркалом на главном входе, которая теперь отошла какому-то банку – нигде больше нет стольких отражений меня, в столько слоёв, с самого детства до последнего года в Питере. Но прощаю всё за новый интерьер: новую лестницу с вычурными перилами, зелёные стены, стеклянный цветной потолок, вид на канал Грибоедова и Невский прямо из-под ног на втором этаже. Хочу здесь жить. Затарилась книжками так, что рюкзак не поднять. Редко бывает, что что-то меняется к лучшему, поэтому особенно приятно.

Самый лучший вид из полосатых кресел в кафе «Шоколадница» на втором этаже. И там делают кофе без кофеина! Пью эспрессо с густым слоем шоколада на дне, смотрю на рыжую Некошку, которая щурится от солнца и вертится на стуле, пытаясь спрятаться от настырных лучей. Вот оно, счастье. Дневник - великое дело. Продолжаем разговор, будто начатый вчера, и не нужно спрашивать «ну, что нового?».

«Девушка, вы знаете, что вы здесь самая красивая?» - спрашивает меня какой-то гражданин на выходе, долго и тщательно меня изучавший через несколько столиков. М-да, политкорректность никогда не приживётся в России.

Дальше совершаем .классическую прогулку по Невскому, до Литейного и обратно, в процессе которого Некошка стирает ноги. Есть вещи, которые не меняются.

На Питер опускается вечерний свет, какого не бывает больше нигде. Розовый перламутр с лёгкой позолотой. Нас неудержимо несёт к реке. Проезжаем через псевдо-мост Лейтенанта Шмидта. Оригинал, раздетый до самых жедезных рёбер, летит рядом, как параллельный мир.

Меня всегда завораживала неприкаянность сфинксов у Академии художеств. Как у Брюсова:

Глаза в глаза вперив, безмолвны,

Исполнены святой тоски,

Они как будто видят волны

Иной торжественной реки.

Невозможно смириться с их присутствием здесь – обломки невероятной древности, другой эпохи, другого мира. Да, со следами других миров в Питере всё в порядке. Лучший в мире город для писателей-фантастов.

День завершается снова чаем на кухне – на этот раз моей. Это был очень правильный питерский день.



25.03.07

Следующий день я начинаю с археологических раскопок в своём старом письменном столе. Чего я только не нахожу! Свои обрывочные дневники – от 14 до 24 лет со множеством интервалов; рисованные от руки карты неведомых стран; какие-то стихотворные пророчества и проклятья; ещё советские «общие» тетрадки, где на обложке написано «География», а внутри – описание государственного переворота на отдалённой планете Космической Федерации, слегка напоминающего путч 91-го года; списки имён, которые уже никому ничего не скажут; контрольные работы на пассивный залог для студентов английского отделения... В одном из дневников – запись о моём настоящем знакомстве с Некошкой, когда в 90-м году мы принимали по обмену датчан.

А потом мы поехали в Кронштадт. По Неве и по всем Невкам плыл лёд – хрупкие льдины причудливых очертаний, чем-то похожие на силуэты наших придуманных стран. За «околицей» города меня всегда пленяли деревянный дачи начала прошлого века – с башенками, верандами, цветными стёклами тут и там, множеством мансард и крылечек. Сразу представляется разношёрстная, полубогемная публика эпохи модерн, проводящая на таких вот дачах залитые солнцем дни, полные белых зонтиков, самоваров и разговоров об искусстве.

Выезжаем на дамбу – если бы Сальвадор Дали был жив, умер бы от зависти. Какие-то бетонные конструкции в стиле «ар деко», петляющая дорога, песчаные курганы по сторонам, как будто подтверждающие мою теорию о городе в пустыне, рваный лёд у кромки воды...







@темы: Питер, путешествия, фото

16:46 

The best week in St.Petersburg - Part III

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
О том, что мы увидели в Кронштадте, все желающие могут прочитать ещё и в дневнике Некошки – для сравнения. У меня был тихий культурный шок. Никак не думала, что Некошкина машина может оказаться машиной времени.

По улицам Советская и Коммунистическая, по проспекту Ленина ездят старые «Жигули». Универмаг «Маяк», как и многие другие магазины, исправно закрывается на обед с 14 до 15. Дети с авоськой бегут в булочную. Все собаки похожи друг на друга, с лёгкой примесью какой-то дальней овчарочьей крови. Время остановилось году этак в 86-м.

Морской собор, слегка почищенный снаружи, по-прежнему «в реставрации» Мы долго разглядываем якоря, раковины, цветные изразцы, бронзовых рыб на его фасадах и куполах. А внутри, в галерее, по-прежнему затаился Музей истории Кронштадта, где суровая тётка в шиньоне продаст вам билетик учреждения Министерства обороны СССР и где можно осмотреть следующие уникальные экспонаты:

Диорамы сражения на острове Котлин в 1705 году и обороны Кронштадта в 1941-м

Конспект статьи Ленина о задачах союзов молодёжи, выполненный неким старшиной Старцевым

Макет траления якорных мин (не в натуральную величину)

Бронзовый бюст «выдающегося полководца М. В. Фрунзе»

Сумку, сплетённую из полос простыни одним из руководителей Кронштадтского революционного движения во время пребывания в царских застенках

И ещё некоторое количество тёток в шиньонах, бдительно следящих за тем, чтобы никто из немногочисленных посетителей не умыкнул эти волшебные предметы.

Насладившись экспозицией музея в полной мере и решив не покупать тельняшки в сувенирном ларьке (единственная уступка времени!), мы прогулялись до набережной, где, кажется, стояли те же самые корабли, что и 10 лет назад, а потом озадачились поиском пищи. Удача в тот день была с нами и привела нас в кафе «Сказка» на проспекте Ленина, где прочтение меню повергло нас в такой же шок путешественников во времени, как и экспонаты музея:

Слойка с творогом (то, что плюнуто в центр, рядом с творогом даже не лежало)

Кольцо песочное с орехами (всё равно что пытаться пить чай с кусочком пустыни Сахара)

Пирог с повидлом (загадочная бурая масса, не напоминающая по вкусу ни один конкретный фрукт, но как будто всем им слегка родственная)

Мороженое с фруктовым сиропом (сироп – побочный продукт производства повидла?)

Интересно, кто с такой любовью и тщательностью сохранил эти рецепты? Или они устно передаются из поколения в поколения, как секреты Муранского стекла?

«Бармен Анастасия Павловна» из-за стойки мрачно сообщила нам, что пироги с повидлом кончились, – ещё бы, такой раритет! – но остались кексы и слойки.

Кекс имел ничем не разбавленный, чистейший вкус школьной столовой, и шоколадное мороженое, политое ярко-розовой жидкостью тоже оказалось кусочком продуктовой ностальгии. Не хватало только металлических вазочек, да пластмассовый фальшивый камин, напоминающий, скорее, о середине 90-х, чуть выбивался из интерьера. А когда по радио заиграли «Миллион алых роз», мы почти поверили, что чудеса бывают.



26.03.07

В фальшивой русской деревне Шуваловка я узнала много нового и интересного, переводя для детей экскурсию по традиционной крестьянской избе.

Например, что пока младенец не научился сам передвигаться, ногами или ползком, ему ни в коем случае нельзя было касаться пола, – граница миров! – и поэтому люльки подвешивали к центральной балке. И дальше этой же самой балки-матицы не должне был заходить незваный гость, пока его не пригласит хозяин. А ещё – как женщины рожали в печи (не в топящейся, конечно!) и как туда же клали «недопечённых» младенцев, облепленных тестом.

И получила редкое удовольствие, наблюдая чистое счастье детей, которым дали расписывать матрёшек.

Вечером мы нанесли краткий визит любимой учительнице литературы, которая ну очень неудачно обитает в самом дальнем конце Светлановского проспекта. В её крохотной квартирке с каждым разом становится всё больше книг, тетрадей, камней и безделушек, и всё труднее найти место, где безопасно будет пристроиться к столу так, чтобы не обрушить ни одну из хитро сложенных книжных Пизанских башен. Но всё так же тепло, и нам всё так же рады.



27.03.07

Этот день я провела в Москве, приехав туда на 12 часов с тремя старшеклассницами на ну очень сильно похорошевшем, совершенно не советском поезде с советским названием «Смена». А вот Москва не сильно изменилась, разве что ещё больше машин и чуть больше вывесок и реклам и конструкций из стекла и бетона, втиснутых в самые неожиданные перспективы. Соборы Кремля мне было практически невозможно как следует увидеть – слишком они растиражированы по календарям, телерепортажам и учебникам русского языка.

Посреди Красной площади, на обширном участке, огороженном барьерами (почему? наверное, где-то «так написано»), в полном блаженстве развалилась собака. Охраняет Мавзолей, что ли.

Собор Василия Блаженного, опять же, трудно воспринимать снаружи, но изнутри – это сказочный кусочек Средневековья, по которому можно долго лазить, разглядывая цветы на стенах, спирали в куполах, странную кладку пола, фрески в тёмных переходах. И, продолжая средневековую тему, можно купить в киоске у выхода картонную иконку Василия Блаженного, приложенную к его чудотворным мощам и, следственно, помогающую от всех недугов души и тела, а особенно глаз, и защищающую от врагов видимых и невидимых (цитирую практически дословно, мне такое не придумать!). Очень удачно Борис Акунин написал в «Ф.М.», что даже в современной российской элите удивительно сочетаются новые маркетинговые технологии с «сумеречностью сознания». За точность всей цитаты не ручаюсь, но вот «сумеречность сознания» я запомнила, потому что сама долго искала подходящее определение тому, что больше всего пугает и огорчает меня в людях моей родной страны.

И всё равно Москва для меня останется прежде всего булгаковской. Проходя мимо Александровского сада, по Тверской, по Бульварному кольцу я не могу не цитировать сама себе и не подставлять смутные фигуры персонажей то туда, то сюда. Я читаю этот город, как «Мастера и Маргариту» - все прочие ассоциации, даже эпизоды моей собственной жизни отошли на задний план и не вызывают таких сильных эмоций.

Мой первый (и единственный, как оказалось) нормальный обед за всю эту неделю происходит на Арбате, в кафе «Ёлки-Палки», под сенью двух невозможно огромных пластмассовых дубов. Вкусный обед, кстати.

Новодевичий монастырь – как сказка над зеркалом пруда. Его я не видела так часто, поэтому «вижу» по-настоящему.

В Третьяковке опять притягивают два лица – Лопухина Боровиковского и Незнакомка Крамского. Почему это я так чувствительна к женской внешности?

Прибежали на вокзал за 5 минут до обратного поезда.



28.03.07

В Русском музее сделала маленькое открытие: Мария Башкирцева, 1860-1884. Картина называется «Дождевой зонтик». Написана за год до смерти. Замёрзшая девочка под чёрным зонтом. Почему-то задело.

Вечером снова бесконечный чай на кухне, и Некошка дарит мне сказочную вещь собственной вышивки, с которой я никогда теперь не расстанусь.



29.03.07

С утра собрала чемодан: пока я складывала вещи в одну половинку, Бискит свернулась калачиком в другой. Не хотелось гнать, но пришлось. Чемодан теперь до упора набит книгами, шоколадом и чаем – типичный питерский багаж.

Удалось убедить маму не сидеть дома и нервничать до самого момента, когда мне надо ехать в аэропорт, а сходить со мной в Русский музей и в Дом книги.

Выставка «Времена года» - чудесная, очень всем рекомендую, она ещё не закроется некоторое время. Увидела ещё два пейзажа Марии Башкирцевой – надо будет порыть в Интернете что-нибудь про неё.

Случайно подслушанное:

Девочка лет девяти с очень интеллигентной, наверное, искусствоведческой бабушкой смотрит на картину Куинджи «Осенняя распутица». Читает: «осенняя распутница». Бабушка поправляет:

- Нет, распутица. Распутница – это такая плохая девочка, которая, напрммер, бросается хлебом в столовой.

Лучше не скажешь.

Потом пьём кофе и шоколад в Доме книги, и мама, с трудом вылезая из чашки шоколада, признаёт, что я была права насчёт того, как лучше провести эти полдня. Ха.

Самолёт летит из серого и жёлтого обратно в зелёное. Into the Green. Груз ответственности постепенно сменяется усталостью.

Я вернулась домой.










@темы: Питер, путешествия, фото

14:34 

опять я, красавица

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Спасибо Некошке!







@темы: Питер, фото

15:41 

Quintessential Cambridge

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
The River Cam

Queens College





@темы: фото

15:45 

Мои цветочки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.




@темы: фото

15:48 

Мои ведьмочки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.

@темы: фото

00:19 

Paint It Black или R.I.P. Marigold

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
прости меня

маленькая мышь

неуклюжего человека

с грубыми руками

но добрым сердцем

честное слово

я только хотела

тебе помочь

мы похороним тебя

под кустом шиповника

и ты скоро станешь

зелёной травой

маленьким цветком

моя маленькая мышь



Мыша продолжала болеть, хотя немножко взбодрилась; ей надо было давать лекарство из маленького шприца; чем лучше она себя чувствовала, тем больше сопротивлялась этой процедуре; отчаянно вырывалась у меня из кулака и вдруг обмякла. Наверное, не выдержало маленькое сердечко.

@темы: звери, стишата, фото

19:48 

Мебель моей мечты (музей Виктории и Альберта)

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.


@темы: фото

19:56 

Это ещё цветочки!

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.




@темы: фото

20:37 

Возвращение блудной ведьмы

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Не писала ничего больше месяца и чувствую себя виноватой. С чего - непонятно. С кем-то из своих ПЧ-ей всё это время активно общалась другими способами, но постепенно начинает возникать ощущение, что при этом обижаю всех остальных. Не потому, что им меня так уж интересно читать, что они без этого жить не могут, а потому, что общались-общались, и вдруг я исчезаю, ни ответа, ни привета. Вот, вернулась. Виню обстоятельства - сначала была в Питере, а потом, когда приехала домой, голова под завязку занялась совершенно другими вещами. Во-первых, Некошка в Питере вдохновила меня писать невообразимо сентиментальную историю, которую мы с ней сочинили аж в 11-м классе. Интерес это произведение представляет исключительно для авторов, но от этого не снижается накал вдохновения, и поэтому я всё время что-то сочиняю - но только не дневник. Привычка потихоньку всё время складывать в голове слова сполна удовлетворяется, и на дневник ничего не остаётся. Тем более, если у нас ветер - то и у героев ветер, и так далее. А во-вторых, начали происходить очень драматические события в жизни очень близких людей, и места в голове совсем не осталось.
Вот, получилась объяснительная записка.
Что я за это время успела сделать? Немного. Встретить Новый год в совершенно бесснежном Питере. По приезде опять захламить весь дом. Приготовить несколько неплохих карри. Написать, наконец, учебный план, который должна была написать ещё в сентябре. Купить новые чашки (то есть, совсем не новые, конечно, годов 40х). Не повесить новые занавески. Всё как обычно, в новом году я совершенно не собираюсь меняться! :tease2:
Постараюсь потихоньку наверстать упущенное и написать что-нибудь про Питер, а также вывесить давно обещанные фотографии дома. Но не сразу. А пока - вот вам чашки и вид реки Нен в Марче в декабре (там с тех пор ничего не изменилось).



@темы: Питер, фото

00:48 

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Stir-fry: свежий имбирь, перец чили, свежий ананас, креветки и соевый соус.
Умерла самая весёлая, самая ласковая мышка - Ириска-Toffee, которую мы летом вырастили из совсем крохи. Теперь понимаю, почему мышей держат целыми колониями.
Сейчас допью вино и пойду с горя смотреть по телевизору "Красотку": нет лучшего лекарства от неприятностей, чем голливудская мелодрама - мысли из головы исчезают все, и хорошие, и плохие.




@темы: звери, рецепты, фото

22:26 

Low fat

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Трудно сказать, какой сезон начинается в Восточной Англии в середине декабря - зацветают зимние вишни, первоцветы и примулы, но февраль ещё грозит единственным снежным днём в году, когда, если повезёт, перестанут ходить поезда и закроют школу. На Вокзальной улице я видела одуванчики. Все кулинарные журналы полны рецептов низкокалорийной пищи - не стала покупать.
Быстрая паста: отварить пасту (лучше крупную, с большими дырками, чтобы туда забивались прочие вкусные ингредианты), в конце бросить к ней мороженый горошек, потом слить воду и добавить варёную свёклу (из упаковки - иначе будет совсем не быстро), размятое филе копчёной скумбрии, немного хрена и сметану, чуть-чуть прогреть всё вместе. Пачкается всего одна кастрюля и вся кухня - при открывании пакетика со свёклой.
Утром под мостом через речку дрейфовали две небольшие льдинки - два спящих лебедя, голову под крыло, не волнуются, что их тихонько относит от берега почти невидимое течение.
От луны осталась ровно половинка, вертикально стоявшая над платформой.






@темы: островной быт, рецепты, фото

01:19 

Прелесть тлена

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Сегодня провела полдня в общении с букетом увядающих роз. Муж подарил на именины, они простояли кое-как неделю и превратились в произведение искусства. Не смогла выбросить, сфотографировала миллион раз, обрезала и поставила в безумное сооружение из зелёного стекла, купленное летом в антикварном магазине и чудом пережившее путешествие на башню собора в Или. А в вазу на камине поставили букет нарциссов, пока напоминающий пучок спаржи, но обещающий весну в самом ближайшем будущем. И повесили, наконец, занавески в гостиной, избавившись от кошмара, доставшегося в наследство от прежних хозяев. Жить стало лучше. Жаль только, что завтра на работу. Я бы столько ещё дома переделала... Вру, проспала бы до полудня, а потом залезла бы в интернет.








@темы: фото

00:45 

Train-spotting

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Троллейбус поезд, который идёт на восток. Немного, правда, только когда отъезжает от станции, а потом сворачивает на юг, но первые пять минут уносит меня прямо на восход по сверкающим розовым рельсам.
Удивительно, насколько легче бежать на поезд утром понедельника, чем пятницы. Впрочем, бежать всё равно не стоило - поезд опоздал на 20 минут, и я бродила по станции, сквозь белый деревянный забор разглядывая платформу-призрак.

Это моя обычная, вполне живая платформа сегодня утром.



А это её соседка.







@темы: островной быт, фото

The Accidental Cookbook

главная