Записи с темой: Путешествия (список заголовков)
23:55 

Путевой дневник: Фотосессия в лесу

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Нашим с Некошкой и Птицей синицей последним приключением за ту насыщенную недельку была фотосессия, результаты которой я частично уже показывала, потому что не могла не похвастаться красивыми картинками себя, любимой (вот здесь: www.diary.ru/~TheAccidentalCookbook/p164867842.... ). Однако, путешествие к идеальному фону для наших упражнений было само по себе крайне занятно. Вообще-то, целей в тот день у нас было много: заехать на дачу к pearl_inci и поздравить с прошедшим днём рождения трёхлетнюю турецкую фею, а заодно забрать для меня вкусный привет из Стамбула, искупаться в Ладожском озере, ну и наконец, поискать подходящее место для превращения Птицы синицы в живую картину Прерафаэлитов. Но, как это часто бывает со слишком большим количеством целей, в процессе они несколько трансформировались и частично отпали: забрать мою посылку мы просто забыли (пришлось ехать в гости ещё раз на следующий день); к Ладожскому озеру выехали, после долгих поисков, по очень странной дороге, ведущей прямо в озеро через лес и вымощенной явно ещё дореволюционной брусчаткой, но не вдохновились пасмурной погодой и располагавшейся на берегу базой какого-то охотничье-рыболовного товарищества в виде страшненьких вагончиков и мужиков с шашлыками. (Своими выкрутасам, кстати, мы в тот день так достали многострадальный пикап, что он стал уверять нас, что мы едем на север, когда мы ехали прямо на юг.)
Зато найденное в конце концов лесное озерцо устроило нас так идеально, что мы решили не думать о его довольно близком соседстве с какими-то заброшенными бараками, похожими на обиталище зомби. В процессе фотосессии были установлены следующие непреложные истины: уж на что я не люблю клише про людей, родившихся "не в то время", но Птица синица совершенно очевидно была рождена, чтобы быть моделью Уотерхауса или Джулии Маргарет Камерон; косметика фирмы "Диор" прекрасно подходит для создания грима кикиморы болотной в полевых (или болотных?) условиях; во что ни наряди Некошку, всё равно получается Офелия, хотя, возможно, тут некоторую роль сыграл наспех сплетённый мною угловатый венок - как раз такой, какой сплела бы безумная девица. Ну и, очевидно, мы так развеселили каких-то местных духов, что они придержали ради нас ползущую с Ладоги грозу и отпустили только тогда, когда мы закончили свои прыжки по берегу озера и начали собирать вещи - так что под настоящим проливным дождём мы уже бежали к машине, подхватывая на ходу туфли, тряпки и фотоаппараты.
Ну и вот остальные результаты - потому что любоваться я умею не только собой )))

Птица синица

NEKOshka

@темы: фото, путешествия, Питер

01:21 

Фото-приключения на воде

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
00:20 

Путевой дневник: Псков-Псковская область-дорога в Питер

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
22.07.
Встали с некоторым трудом; Некошку пришлось удерживать на грани бодрствования маршами ландскнехтов до тех пор, пока не настала её очередь идти в душ. Спросонья нисколько не улучшает самочувствия тот факт, что отель состоит из сплошных порогов и ступенек, несмотря на то. что все существенные элементы расположены на одном этаже. На завтрак предлагают растворимый кофе и - в ряду похожих прелестей - кашу из советской столовой. От кофе мы отказались хором, а кашей я даже вполне насытилась.
Проезжаем через центр города и дальше на Изборск, указатель на который, конечно же, тоже стоит после поворота. От жары на определённом расстоянии возникает иллюзия - машины отражаются в горячем асфальте.
Изборск я тоже помню по поездке 20-летней давности с эрмитажным кружком. Вот буквально только что делилась со своей бывшей эрмитажной руководительницей воспоминаниями и радовалась, как это было прекрасно, а она сообщила, что визит в Изборск остался в её памяти одним из самых страшных кошмаров: компания её 14-летних подопечных радостно ходит по полуразрушенным стенам где-то на уровне второго-третьего этажа, а она сидит внизу и представляет сценарии разговора с безутешнымии родителями.
Крепость 14 века, к сожалению, отстраивают заново: есть такой сомнительный подход к реставрации исторических памятников, наиболее наглядно представленный в Турции, где античные руины бодро латают вперемешку любыми валяющимися под ногами обломками и новыми стройматериалами. От духа заброшенных романтических развалин остался деревенский домик прямо внутри крепостных стен, с качелями, палисадником, яблоней и адресом по улице Московской, и зелёная даль за стенами, где не слышно и не видно стройки, зато видны озеро, много неба и крохотная часовня, похожая на ёлочную игрушку.
По дороге вниз, к озеру и Словенским ключам, плакат заповедника предупреждает, что нельзя вязать ленты на кусты и деревья (приятно видеть хоть такие робкие усилия по борьбе с мракобесием), а местные жители продают домашние пирожки и малосольные огурцы. У крохотной бабули в шерстяных носках и красном платке, робко и ласково предлагающей свои "огурчики", я бы купила всё ведро, да только что потом с ними делать, да и не поможет эта покупка тому, чего бы мне на самом деле хотелось. От сувенирных лотков пахнет свежим деревом; пирожки со свежей черникой ещё тёплые.
Словенские ключи - это полоса мелких водопадов, оглушительно холодных, сверкающих, стеклянно стекающих из прибрежной скалы в Городищенское озеро. Некошка отстирывает юбку от черники, народ вовсю запасается "святой водой" и послушно удерживается от вязания лент. В жару чудесно намочить ледяной водой виски, запястья и шею и с замиранием сердца ждать, сколько проживёт прохлада на коже.
По дороге обратно под стенами крепости попадается свадебная компания: невеста стоит, подобрав кринолин, и под ним видны практичные спортивные туфли на липучках и белые носочки - не иначе, хорошо подготовилась к фотосессии в развалинах. Прямо вокруг крепости - чьи-то огороды, куры, смородина. Всё ухоженное, чего нельзя сказать о полях вокруг, где не растёт ничего, кроме бурьяна, кузнечиков и полевых цветов.
Собственно, дальше мы ищем этнографический комплекс с крестьянской усадьбой, но он ускользает от нас. Вместо него мы сначала нашли цветочный луг над Труворовым городищем, где на душистом ветру доели изборские пирожки, потом указатель на музей, заманивающий путников в никуда, потом крайне нелепый в такую жару горнолыжный комплекс, потом Мальский монастырь на соседнем озере.
Везде практически не души, а из чудом пойманных прохожих никто и слыхом не слыхивал про музей, впрочем, возможно, нас подводит использование сложных терминов, вроде слова "этнографический". Зато перед монастырём пасутся козы и козлята прямо с иллюстрации к известной сказке, внутри ласточки кормят птенцов в гнёздах под куполом единственного сохранившегося храма, тропинка ведёт к зелёному Мальскому озеру, с кувшинками, стрекозами и зелёной лодкой у берега, и реставраторы пускают нас на сосново пахнущие леса на полуразрушенном втором храме.
Мы решаем, что этнографическая деревня, видимо, стала добычей тех самых таинственных мараморок, которые присмотрели её себе и скрыли от человеческих глаз. Ну, может, показывают иногда, чтобы она не совсем исчезла с карт и планов, но сегодня явно не в настроении.
Снова через Псков мы выезжаем на Гдовскую трассу и останавливаемся посмотреть Свято-Елеазаровский монастырь, который разочаровывает - в нём слишком много новых построек и он слишком далеко от воды. Впрочем, именно здесь монахиня в храме сообщает Некошке ценную информацию, которая приводит нас к очередному приключению.
Приключение красиво называется Толба и начинается с того, что указатель на неё есть только если едешь с юга - тем, кто едет с севера, туда не надо. Но нам не привыкать делать круги почёта. Толба - сонная, пустая деревня на берегу сонной реки Толбицы с тростниковыми берегами и брошенными лодками. Но внешность обманчива - река впадает в Псковское озеро, и по ней из Толбы ходят катера на острова Залита и Белова. На причале в конце деревни брошенные автомобили, а последний рейсовый катер уже ушёл. Наверное, это могло бы кого-то смутить, но не трёх фей на пикапе. В поисках хоть какой-нибудь живой души мы находим мужика, ковыряющегося в лодке, который посылает нас не очень далеко - к "дяде Мише вон в том белом доме".
"Белый дом" резко выделяется - сверкающей, лакированной белизной вагонки и изобилием "декоративных" фигур в палисаднике (тут представлена и морская тематика, и местная и экзотическая фауна, и просто какие-то коряги). Седой дядя Миша в шортах смотрит на нас скептически и заламывает немаленькую цену, но за приключения иногда стоит платить.
Дядимишино судно выползает из прибрежного "ангара" по хитрой системе верёвок и канатов. Дядя Миша облачился в капитанскую белую кепку с якорем и оранжевый жилет и выдал жилеты и нам, что сразу внушило доверие (не кепка, конечно). Впрочем, в качесте сидения Некошке достаётся ничем не закреплённая табуретка, но пути назад уже нет. Дядя Миша врубает кошмарно-балалаечный фольклор, как будто мы интуристы, и катерок срывается с места, и сразу обзаводится хвостом брызг и пены, как белый павлин.
Сначала пейзаж больше всего напоминает мне национальный парк Everglades во Флориде, где в таких же тростниках без конца и края живут аллигаторы. В Псковской области вместо аллигаторов достопримечательностями служат утки и кувшинки, которые дядя Миша нам, городским жителям с кучей фототехники, добросовестно показывает, тормозя лодку. А потом внезапно тростники расступились, уступая сплошному небу, мы вышли в "открытое море", и лодка встала на дыбы и запрыгала поперёк немаленьких волн, как коза. И мне совсем чуть-чуть захотелось неммедленно оказаться где-нибудь в другом месте. Впрочем, рациональное мышление вскоре взяло верх и напомнило, что в жилете я не утону, а ребёнку ничего не сделается ни от прыжков, ни от воды, но я, как настоящая умная Эльза, продолжала всю дорогу втайне заранее жалеть фотоаппарат. Старец, основатель одного из скитов на островах, в виде открытки пришпиленный к ветровому стеклу, смотрел на меня совсем не одобряюще.
Остров Залита с монастырём сам по себе ничем не примечателен, кроме того, что остров, а так - обычная деревня. Мы подплыли довольно близко к берегу, насолько позволяли камни, повернули и поскакали обратно. Сначала река, а потом твёрдая земля показались мне необыкновенно прекрасными, несмотря на то, что мы плыли к ней уже под современный фольклор, где фигурировали Ксюща Собчак и Одноклассники.ру. Наверное, выработанной мной за эту лодочную прогулку дозы адреналина хватило бы на то, чтобы совершить что-нибудь выдающееся, но ничего достойного свершения не подвернулось, и мы покинули Толбу и двинулись дальше на Гдов.
Наша следующая остановка на трассе - деревня Спицыно, где дорожка между домами выводит нас на берег Чудского озера, к каким-то сельскохозяйственным руинам и небольшому местному пляжу. Вода до горизонта, мелкие чёрные птички стаей взлетают из тростников, люди стоят по колено в воде где-то на полпути в Эстонию - глубина тут явно как в Финском заливе. Мы тоже соблазнились купанием, благо отсутствие подходящей экипировки давно перестало быть для нас преградой. Не буду описывать, в чём купались мои спутницы, а лично я - в чёрной майке и весёлых полосатых трусах.
Вода на мелководье тёплая и коричневая, как чуть остывший чай, под водой тёплый песок, и местами, где глубина по пояс или чуть выше, даже удаётся проплыть десяток метров, пока не начнёшь опять стукаться коленками о дно. Возможно, где-то Чудское озеро и полно утонувших крестоносцев, но явно не в районе Спицыно. Уезжаем с пляжа с пакетом мокрого белья и восхитительным ощущением свежести, непонятно откуда взявшейся от купания в блюдце с чаем.
В Гдове мучительным усилием мы проигнорировали указатель на крепость 14 века - дело шло к 10 вечера, и вообще, хватит с нас исторических памятников - и проехали прямо в то, что по карте казалось центром города, а на деле ничем не отличалось от большой деревни. Из очагов цивилизации были обнаружены супермаркет и автостанция, где у местных жителей мы осведомились, где тут можно поесть.
Кафе "Трио Плюс" (мы решили, что это как раз про нас, а моя мама, выслушав на следующий день нашу сагу, возразила, что если судить по головам, то явно "Трио Минус") располагалось в обычном деревянном доме. Наше появление напрягло полторы извилины, которыми совместно пользовались три его работника, до последнего предела. Внутри нас ждали сверкающие обои, леопардовая отделка хорошо загруженного бара, очень медленный бармен, непроходимой глупости крашеная девушка, так же сверкающе оформленная, как и стены (её внешний вид живо напомнил мне дискотеку в сельском клубе в Новгородской области - были в моей биографии и такие эпизоды), повариха где-то за кулисами и меню в лучших традициях провинциального общепита. Мы попросили овощной салат, которого не было в меню, и две порции гарнира. "Рис с соусом", заказанный Птицей, оказался приправлен ещё одним кошмарным воспоминанием - противоестественно-оранжевой мясной подливой. Я попросила не лить этот яд в мои макароны за 15 рублей, а заменить хотя бы кетчупом, и блестящая девушка так обалдела, что принесла другую порцию и даже нашла пакетик кетчупа. Зато Некошке повезло со шницелем и кофе из автомата - иногда в путешествиях полезно быть нормальным всеядным (кроме растворимого кофе) существом.
Остаток пути я помню плохо, потому что начала засыпать на заднем сиденье. Помню, как нас завернули другой дорогой с поста, обозначающего "приграничную зону" за городом Сланцы (есть в Российской Федерации такие удивительные места, куда пускают только по загранпаспорту с Шенгенской визой), помню луну, похожую на дольку розового грейпфрута, и вздыбленный Дворцовый мост - в Питер мы попали уже около двух часов ночи. Наверное, этот день легко можно было бы растянуть на неделю, и всё равно осталось бы ещё немножко на сладкое.

Изборск...

...и его окрестности

фото приключений на воде следует ))

@темы: путешествия, фото

17:34 

ФотоПсков

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
15:57 

Путевой дневник: Ленобласть-Псков

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Вместо предисловия к рассказу о путешествии трёх фей на пикапе по Псковской области: в какой-то момент этих двух удивительных дней Некошка сделала мне комплимент, который я бережно сложу в шкатулку с самыми дорогими (их всего-то и есть там два или три). Комплимент звучал примерно так (не гарантирую стопроцентную точность формулировки, но суть верна): "Почему, когда я с тобой, я вечно оказываюсь в каких-то странных местах?" Я считаю, это свойство, которым я могу без зазрения совести гордиться.

21.07.
Задачка из школьного учебника: если бы злобная и жестокая я не настаивала на том, чтобы стремиться выехать из Питера в 7 утра, во сколько бы мы выехали, при условии, что так выехали в начале девятого? Сонная и не любящая мир в столь бесчеловечный час Некошка приехала за нами на мужнином рабочем пикапе с плетёной корзинкой еды на заднем сиденье - это сочетание многое о ней говорит, правда?.
Как только мы выехали из города, Птицу синицу настиг культурный шок: столько лесов и столько домов из дерева! Это Россия, объясняем мы с Некошкой, - что тут непонятного? По обочинам дороги черника, огурцы, лисички вёдрами. В Отрадном белая усадьба, как воспоминание, парит над рекой на высоком берегу. В Заполье зелёный особняк камуфляжно маскируется в солнечных пятнах за деревьями. И леса, леса, леса - я и сама отвыкла от такого пейзажа, как от белых ночей. Всё пролетает мимо и слегка подпрыгивает на ухабах очередной федеральной трассы.
Даже на ухабах во мне не дремлет филолог: я читаю карту и названия на указателях и делаю вывод, что в Лужском районе, плавно переходящем в Псковскую область, наиболее продуктивной моделью образования топонимов является приставка за + корень, обозначающий что-нибудь, чего здесь до фига и больше (или изредка - другой топоним, например, реку) + ье. Мы проезжаем: Заплюсье, Заполье, Замошье, Замостье (а во второй день ещё и Замогилье - проникнитесь всем фэнтезийным потенциалом!) и невольно ждём, что следующим будет - Захолустье. Вообще названия мест сами по себе - целая сага. Вот, к примеру, Мараморочка (название деревушки на самом подъезде к Пскову) - это явно какая-то эндемичная разновидность мелкой нечисти, нам кажется, что скорее всего, водяной или болотной, вроде русалки или кикиморы.
Помимо чтения карты и указателей и ехидного комментирования других участников движения на трассе, в дороге мы развлекаемся также ловлей муравьёв, которых успели набрать полную машину во время недолгой остановки на экспресс-пикник в песчано-сосновом лесочке.
После гордой надписи "Псков" идёт ещё километров 20 глухого леса, так, что мы начинаем сомневаться в существовании самого города. Потом потихоньку выползают совершенно деревенского вида дома, потом - железнодорожные пути и депо и наш отельчик, с явной дизайнерской претензией на "европейскость", но совершенно бестолково устроенный изнутри и снаружи.
Наш первый пункт культурной программы - Мирожский монастырь, который я помню ещё по давней поездке с Эрмитажным кружком. Указатель на него, как и на многие достопримечательности и населённые пункты Псковской области, уютно стоит метров на десять после поворота и вынуждает туристов совершить лишний круг почёта по мостам и круговым развязкам города Пскова.
Внутри - такая тишина, что, кажется, слышно, как зреют яблоки в монастырском саду. Билеты в собор продают в избушке с палисадником, где в сенях лежит, развалившись, серый полосатый кот Касьян.
В Преображенский собор стоит стремиться, даже если вас совсем не интересует город. Снаружи в нём есть предельная чистота линий, которая видится мне только в древнерусской архитектуре, да ещё, пожалуй, в мечетях Мимара Синана. Внутри - синие стены, который смотрят сотнями полустёртых глаз прямо из 12 века. Местами лики едва проступают из штукатурки, местами - ярко подрисованы "реставраторами" начала 20 века, местами их назойливо высветляет, как будто постукивает по ним пальцем, солнечный луч. Прохладно, гулко и спокойно, и ангелы ведут вечный хоровод в куполе - засмотришься и так никогда и не оторвёшься.
Церковь, на чьей нынешней территории расположен этот филиал Псковского музея-заповедника, хочет проводить в соборе регулярные службы, со свечами, которые будут, конечно, коптить бесценные фрески; музей вяло отбивается, и, кажется, заранее ясно, чем всё кончится. Патриарх благословил музейных работников на сохранение фресок - хитрый дипломатический ход, как хотите, так и сохраняйте.
Пожалуй, Мирожский монастырь - самое цельное впечатление от Пскова. Всё остальное - фрагментами, вкраплениями, и город в этом не виноват - виновата война и тяжкое наследие советской промышленности, изрядно испортившей виды по берегам реки Великой.
У реки напротив монастыря, например, такой небольшой кусочек Средневековья: Покровская башня - вершина угла из двух крепостных стен - и внутри этого угла сияющая, из двух симметричных частей, церковь Покрова от Пролома (вообще церкви во Пскове прекрасны не только архитектурой, но и названиями). В церкви сильно беременная молодая женщина в платочке продаёт, помимо свечей и брошюр христианских наставлений, посуду, расписанную монахинями Елисаветинского монастыря. Розово-голубая посуда изобилует христианскими символами, но очаровательна и игрива совершенно по-светски: эти нарочито-наивные ангелочки и улыбающиеся рыбы вряд ли кого-нибудь настроят на богомольный лад во время чаепития. Мне занятно, как это трогательное торжище в храме сочетается с официальной идеологией, а впрочем, какая разница - полчаса легко уходят на выбор очередной кружки для Джона и мучительные отказы от прочих бесполезных, но привлекательных предметов.
Псковский Кремль явно очень сильно восстановлен, читай - достроен, но выглядит неплохо и вполне впечатляюще. Прекраснее всего выход за стены к слиянию Великой и Псковы и центральный Троицкий собор, необыкновенно высокий, улетающий в небо, откуда на него ни гляди - хоть изнутри, хоть снаружи. Снаружи, правда, в яркий солнечный день больно смотреть на такое количество ослепительной белизны, и только изразцы под окнами освежают глаз, как вода из колонки у входа - кожу.
В сувенирных рядах купила очередное пополнение своей коллекции ведьм: симпатичную (ну, это мне так кажется, я знаю, все остальные сказали "фе"!) Бабу-Ягу в холщовой одёжке, сопровождённую этикеткой о её крайне полезных свойствах - она якобы охраняет дом и выметает своей метлой всякий сглаз и порчу. Сумеречное сознание в действии, антрополог-любитель во мне ликует, рационалист плюётся и отфыркивается.
Сил дальше двигаться по такой жаре почти нет, поэтому мы для галочки выходим на реку, где в тени моста с сюрреалистической винтовой лестницей отдыхает полная машина "полицейских" (ох, смешно, не могу!) и продают холодную воду, и отправляемся в отель за прохладным душем.
Вернулись в центр уже ближе к вечеру, когда воздух стал более пригоден для дыхания, а солнечный свет - для разглядывания белоснежных церквей. Церковь Богоявления с Запсковья, с зелёными куполами и характерной псковской приземистой звонницей, арками в ряд, чудесно смотрится среди берёз над рекой - прямо хоть сейчас на какой-нибудь рекламный туристический плакат-календарь. По пешеходному мосту перешли Пскову и некоторое время бродили по городу по причудливой траектории между церковными куполами, мелькающими тут и там. Церквей во Пскове невероятное количество, и они все немного похожи, но все собраны немного из разных частей, как будто из набора старого деревянного конструктора - у меня был такой в детстве, назывался "Древнерусский город", я любила его намного больше пластмассовых, но не из патриотических соображений. Мне нравится, что у них обычно высокое крыльцо, а купол совсем недалеко от земли, и нравятся пятна вечерних теней на вызолоченной солнцем штукатурке. Менее симпатично гуляющее местное население, слишком многие - с явной печатью алкоголизма на лицах, не зависящей от возраста и пола.
Ужинаем на набережной Псковы, почти с видом на Кремль, если бы не тент. Мы с Некошкой изображаем социальную антирекламу - будущая мама и водитель с бокалами пива, но пиво всего лишь безалкогольное. Сил не осталось совсем, но очень хорошо.

Мирожский монастырь

продолжение картинок следует )))

@темы: путешествия, фото

13:02 

Путевой дневник: Питер

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
19.07
Жара!
Люблю ездить на Московский вокзал - встречать, провожать, уезжать. Отсюда когда-то начиналось большинство моих путешествий. Сегодня на него в очередной раз ко мне приехала Птица синица, практически без вещей - как это ей удаётся?
После обеда, нога за ногу, пошли в Новую Голландию, посмотреть, что там открыли прекрасного. В Александровском саду я съела ностальгический брикетик пломбира; на Конногвардейском бульваре под ногами сухой липовый цвет притворяется ранней осенью. Голландию открыли очень странно: пропускают через металлодетектор, не разрешают проносить с собой воду. Пока из прекрасного доступен только шикарный газон с шезлонгами и ядовитого цвета вагончик-кафе, в окружении живописных краснокирпичных руин. Почему-то очень притягивает многоугольный водоём в середине; от него дует неожиданно сильный ветер. Ну а арка, ведущая в него с Мойки, всегда казалась мне порталом в другой мир, без всяких сомнений.
Идём через Троицкий мост на встречу с Lady Sotofa. Она в болотном платье и странных серебряных туфлях, и разговаривает голосом перевоспитавшейся сирены, которая давно никого не топит и заманивает разве что в какое-нибудь уютное кафе. Что она, собственно, с нами и проделала - завела в кафе "Чердак" на Куйбышева (которого я тут же перепутала с близлежащим Чапаевым - кошмар, начинаю забывать улицы родного города!). "Чердак" логично расположен на первом этаже и оформлен явно с барахолки на Удельной. Окна зеркальные снаружи, и люди на трамвайной остановке смотрятся прямо в нас, а изнутри вид открывается на вечные сумерки, в которых ка будто собирается дождь. Леди говорит, что дождь обычно и идёт, и мы бы даже были рады, но в этот раз нам не везёт. Леди колдует с глиняными стаканчиками воды и шоколада и сосредоточенно плавит в шоколаде шарик мороженого, как слиток золота на корону. Две официантки явно сёстры, одна сонная, другая побойчее. "Какое вам мороженое? - А какое у вас есть? - Простое." Заходит пара с чёрным котом на шлейке; кот явно привычен к светским выходам, сидит на стуле, принюхивается ко всему.
Пепельно-розовым, бессолнечным вечером снова идём через мост.

20.07
Первый день, когда удалось выспаться от души - это называется, я приехала отдыхать!
Едем с Птицей в Петергоф на "метеоре". Очень странно оказаться в таком месте, знакомом до оскомины, в новой компании через много лет. Вдруг появляется шанс увидеть его чуть-чуть по-другому.
Оказывается, например, в Петергофе полно всевозможных неизвестных мне видов водоплавающих птиц. Вместо Большого каскада мы снимаем утят в Морском канале. Очень хорош дворец Марли, с регулярным садом, благородной белизной статуй и отражениями повсюду. У Большого каскада не протолкнуться; детвора по-прежнему оккупирует Потешные фонтаны и визжит на весь парк; перед Шахматной горкой продают "воды Лагидзе", и я даже соблазняюсь ностальгической крем-содой - она похожа на тёплый шампунь, но это часто случается с ностальгией.
Переход из Нижнего парка в Александрию сродни переходу в другой мир, малонаселённый и почти заброшенный. Странное место - окультуренная, а потом одичавшая природа. Не то обросший парк, не то небрежно причёсанный лес. Под деревьями заросли болиголова по пояс; вдоль берега залива - тростники и утки; в Морской караулке, кажется, живут. Тишина, только изредка тихо проходят такие же, как мы, неспешные гуляющие. Огромный луг явно предназначен для того, чтобы из Дворца-коттеджа на далёком пригорке было видно море, но также пригоден для произрастания душистых цветов и отдыха усталых путешественниц. Мы ложимся под берёзой, дремлем, снимаем друг друга в странных ленивых ракурсах, разглядываем букашек.
Вечером в Доме книги купила, как всегда, не то, что искала. Узнала от мамы, что моего одноклассника убили в Колумбии. Даже не знаю, что чувствовать по этому поводу, так это нереально.

просто мы

просто Петергоф

просто белки

@темы: Питер, путешествия, фото

21:51 

Путевой дневник: Порвоо-Питер

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
18.07.
Порвоо - маленький городок в 80 км от Хельсинки, основан в 15 веке и сохранил немало исторической архитектуры. Мы подошли к нему по мосту, с которого в одну сторону - вид натурально как в Новгородской области, а в другую - разноцветные домики карабкаются по горе к собору. Исторический центр - сплошные булыжные мостовые, крашеное дерево и цветы. Собор похож на треугольный сугроб, снеговую верхушку, не тающую в июле. На маленьком рыночке местных ремёсел продают душистое мыло и рождественские венки из веток, в которых сидят гномики в красных колпачках. Целая улица заполнена магазинчиками всякой восхитительной рукотворной чепухи: здесь можно купить вязаные носки, кукол из войлока, стеклянные украшения, керамику, специальные ложечки для горчицы и мёда, плетёные коврики и домашнее варенье. Я не устояла и купила гнома, близкого родственника моей куклы с чулочным лицом, перед которой я точно так же когда-то не устояла в Америке. В магазине игрушек в витрине - кукольный домик для муми-троллей. Продают калейдоскопы, крылья для фей и крохотную кукольную мебель. Этот игрушечный город полон полезных вещей!
Во дворике в кафе "Хелми" воробьи подъедают остатки чужих пиров. Официантки в кружевных передничках, красные стулья и пятнистая тень. Я пью холодный кофе и снимаю воробьёв, как будто это бог весть какие экзотические птицы.
Вечером, когда мы наконец добираемся до дома (после долгого ожидания на границе), я иду в гости к троюродной сестре - почему бы и нет, летом в Питере 10 часов вечера совсем не слишком поздно для гостей. Обратно иду уже около часа ночи, без особого удовольствия, потому что слишком много пьяных - не страшно, но противно - и слишком пахнет туалетом. Зато под аркой Главного штаба, как и положено, играют что-то душещипательное - на этот раз Эннио Морриконе на скрипке. Ангел на колонне подсвечен лиловым - зачем? Но ему идёт.

смотреть дальше на Порвоо и на меня в нём благодаря Некошке )

@темы: путешествия, фото

21:18 

ФотоХельсинки: Суоменлинна

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
20:22 

ФотоХельсинки: город, гавань и море

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Да, меня снимала, конечно, Некошка, за что ей большое спасибо )

смотреть дальше

@темы: путешествия, фото

19:16 

ФотоХельсинки: Катаянокка

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
15:50 

Путевой дневник: Хельсинки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
17.07.
Мои первые впечатления: город, распластанный по островам и бухтам; ярко-рыжее метро, зелёные трамваи, синие автобусы; северный модерн всюду в центре, и на Питер совсем непохоже.
Моя первая покупка: медный чайник на барахолке возле антикварного рынка Хиеталахти, который сам, к счастью, оказался закрыт.
Мои первые фотографии: конечно же, фрагменты архитектуры, потому что я не могу пройти мимо башенок и фигур югендстиля.
Изящное, стеклянное, похожее на парковую беседку кафе "Капелли" на бульваре Эспланаден кажется обломком начала прошлого века, эпохи променадов, музыки под открытым небом, светлых шляпок и финских дач. А помнившимся мне кусочком Питера оказывается только Сенатская площадь с главным собором и памятником Александру Второму, на котором, как и на всех остальных статуях города Хельсинки, уютно отдыхает чайка.
Успенский православный собор вырастает из гранитной скалы, вполне органично - красный кирпич из розового камня. А вскоре за ним открывается страна чудес - район Катаянокка, полностью застроенный югендстилем в 1901-10 годах. (Что я там говорила про отсутствие планов? Они немедленно появились, стоило мне зайти в бюро туристической информации и ухватить пару брошюрок.) Такого я не видела никогда и, подозреваю, просто больше нигде и нет: несколько кварталов совершенно одностильной застройки, больше всего подходящей для персонажей мифов и сказок. Двери, арки и окна причудливых форм; пастельные стены, вырастающие из неровных гранитных цокольных этажей, как деревья из скал; выложенные вычурными буквами имена (почти у каждого дома есть имя); странные существа, обитающие под эркерами и балконами; резные деревянные дверные панели, ворота, которые должны были бы запирать волшебные зАмки, и башни, с которых хорошо высматривать возвращение кораблей с драконьими мордами... Воскресным утром здесь тихо и почти безлюдно, и от этого ещё более сказочно, и в асимметричных окнах выставлены разные стеклянные предметы - цветные бутылки, вазочки, пресс-папье, которым тоже хочется придумать волшебное предназначение. Я бы тут с удовольствием жила и постепенно превращалась в элемент финского фольклора.
Но наше путешествие по финскому дизайну продолжается - через порт, где любой кадр вам охотно оформит влетающая или вылетающая чайка, в магазин фирмы "Ииттала". Я шла туда за одной кружкой в подарок мужу, а купила четыре (и купила бы вообще все разновидности посуды с муми-троллями, если бы были деньги и место в чемодане). Все наши покупки, которые мы выбирали минут двадцать, нам упаковывают примерно полчаса, потому что продавцы с нордическим характером действуют серьёзно и неторопливо. Они одеты в чёрное, над столом для обёрточных работ горит красноватый свет, в магазине жарко - этакий уютный фарфоровый ад.
Ещё волшебные дома: "Дом Похъёлы", к сожалению в лесах, сквозь которые только кое-где проглядывают странные люди и звери, центральный вокзал, который сторожат суровые гранитные мужчины со стеклянными шарами в руках, район Эйра, застроенный небольшими частнымии особнячками. напоминающими Каменный остров, улица Хувилакату, в тех же цветах мороженого и летних сумерек - бледно-жёлтый, бледно-зелёный, бледно-розовый.
В какой-то момент фотографировать уже не остаётся сил, да и смотреть почти тоже, и тогда голову отлично проветривает прогулка вдоль моря, по набережной с маленькими кафе, видами на острова, скверами вокруг особо крупных выступов гранита и причалом Silja Line, который я тоже вспомнила со школьной поездки. Эта открытость морю - то, чего не хватает Питеру, он весь в себе, и свежие солёные ветра гуляют по нему как воры, а не как хозяева.
Нет, наши города совсем не похожи. Хельсинки - город спокойный, спокойно уверенный в себе, ни на что не претендующий и ничем не притворяющийся и, кажется, населённый такими же людьми, спокойными, вежливыми, в меру дружелюбными, но не слишком стремящимися к контакту. Город и люди без лишних эмоций предлагают принимать их такими, какие они есть, а если не хотите - то и не надо, они мирно двинутся дальше по своим делам.
Некошка обязательно хотела свозить меня на остров Суоменлинна, хотя бы просто ради прогулки на пароме, и была права. Мы оставляем за спиной невысокий силуэт центрального Хельсинки, проплываем островок с ярко-красным, явно жилым домиком, островок с миниатюрным волшебным замком (кажется, отель) и причаливаем к острову побольше, где из скал вырастают не дома, а шведская, потом русская крепость 18-19 века, вся заросшая полевыми цветами. Атмосфера острова сильно напоминает Кронштадт - здесь тоже живут среди фортификаций, в маленьких цветных домах, и здесь просто рай для детей, и явно бессмысленны увещевания родителей "не подходить к воде".
На остров у нас было всего 40 минут, потому что уже были куплены билеты в кино на вечер. Мы поели снова в "Капелли" (правильно, везде надо находить и обозначать на внутренней карте "свои" места) и отправились прощаться с Гарри Поттером и Ко.
Народу был полный зал, в основном, молодёжь, но не самая юная. Субтитры на шведском и финском было невозможно совсем не читать - я узнала, например, что "волшебник" по-шведски - trollkarl. Девушка рядом со мной рыдала на плече бойфренда, и я могла безнаказанно сама хлюпать носом на её фоне. Как мы будем жить дальше?
После кино мы ищем короткую дорогу к машине, брошенной на набережной, идём по ночному городу, останавливаясь с картой под фонарями и у ярко освещённых витрин, которые живут своей особой, ночной жизнью. Над чёрным силуэтом Суоменлинна - чуть обгрызенная с одного бока луна. День в Хельсинки удался, в этом нет никаких сомнений.

мы с Некошкой и кафе "Капелли"

статуи, с чайками и без

продолжение картинок следует ))

@темы: путешествия, фото

14:08 

Путевой дневник: Питер-дорога в Хельсинки

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
А, ладно, надоело мне соображать, как всё это художественно оформить, просто перенесу сюда записи из блокнота, по хронологии. Читать будет скучно, но зато я сама через пару месяцев смогу разобрать, что писала - в отличие от своих собственных каракуль.

15.07. Окно во двор
...Я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады...

В окно идёт привычная, характерная такая питерская дворово-колодезная свежесть, смешанная с гулким эхом живых и телевизионных голосов и светом из чужих окон. Питер встретил меня дождём, и я благодарна ему за это. В Питере самый правильный летний дождь на свете - может быть. потому что настоящих источников свежести так мало.
Большую Конюшенную закопали и замостили: проезжую часть брусчаткой, чтобы автомобилисты клацали зубами, а к следующему лету в результате естественной эрозии и хреновых стройматериалов были бы красивые дыры, ну а тротуар - сверкающим гладким гранитом, который зимой превращается в сверкающий гладкий каток. Наверное, пешеходам теперь лучше ходить по мостовой, а машинам ездить по тротуару. Чтобы жизнь никому мёдом не казалась.

16.07. Вода из-под крана пахнет рыбой. Говорят, потому что в Ладоге цветёт вода, ну а я считаю, что это русалки линяют. Раз в сто лет бывает, наверное.
В Эрмитаже не продохнуть и не протолкнуться - живо вспомнились кошмары моего гидопереводческого прошлого.
К вечеру выезжаем в Хельсинки, с Некошкой и её тётушкой. Самое весёлое развлечение на трассе "Скандинавия" - это читать пролетающие мимо рекламы и пытаться понять, что это было. Вот, например: "Кроты, крысы, комары" и номер телефона. Видимо, вызов на дом в любое время. Или - "невмерзающие причалы". Это как? Они левитируют над водой? И какой смысл в их невмерзании, если вокруг замёрзнет всё остальное? "Маркизы из Германии" представляются в кринолинах и пудреных париках. И пугает, пугает количество венков и крестов вдоль дороги - кажется, этими бессмысленными жестами люди заменяют умственную деятельность.
После финской границы - резкая смена асфальта и человеческого пейзажа. И природа, как будто в противовес цивилизации, становится более дикой. По сторонам дороги - гранит цвета иван-чая и иван-чай цвета гранита. Огромные камни смотрят с обочин, кажется - подвигаются ближе. Представляется племя древних обитателей этих мест, превратившееся в живые камни. В 10 вечера солнце где-то по колено - я уже отвыкла, мне это в новинку, а к полуночи выкатывается бледно-золотая луна, и тут уже каких только троллей не увидишь в сумерках.
Надписи в Финляндии читать тоже забавно: например, место под названием Нуиямаа, или Толккинен. В тему к последнему - обширный туннель с неровными стенами, прорытый прямо в гранитном холме, чтобы не тревожить гнездящихся сверху редких птиц, очень сильно напоминает подземелья Мории.
Современный район Вуосаари, где живёт Некошкина кузина, очень подходит к летним северным сумеркам - белые дома со стеклянными балконами. Нам оставили ключ на ближайшей к дому заправке - это в порядке вещей.
Мне очень хочется посмотреть Хельсинки, но я ничего от него не жду - это редко со мной бывает. У меня нет плана и нет никаких заранее оформившихся представлений, кроме обрывка воспоминания от дороги в Данию со школьным обменом - кусочек города вокруг собора, очень похожий на Питер. Поэтому завтра я буду открыта всем ветрам и всем Некошкиным предложениям. Так тоже иногда очень полезно путешествовать.

@темы: путешествия, Питер

21:40 

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Я была в Питере, честно, несмотря на то, что меня там почти не было. Я загорела - ага, в Питере, Пскове и Хельсинки. Я магическим образом упаковала в рюкзак и чемодан и привезла с собой старинный медный чайник с финской барахолки, рукотворного гномика из города Порвоо, Бабу-Ягу из Пскова, в общей сложности пять кружек из разных мест, три своих любимых детских книжки ("Сказки Шарля Перро", "Золотой ключик" и "Жуткий господин Ау"), по пачке турецкого чая и турецкого красного перца, привезённых для меня прямо из Стамбула, Мюмлу из Хельсинки, восемь плиток шоколада с лаймом для Джона, примерно столько же новых дисков для него же, шёлковый шарфик, расписанный одной моей знакомой волшебной Птицей, сборник рассказов Аше Гарридо и альбом про драконов из Эрмитажа. Ну и ещё всякие чудесные мелочи, не считая одежды, которой стало больше, потому что я купила кое-что в аэропорту, пока ждала рейс из Лондона, раз уж парфюмерные магазины мне сейчас заказаны. Гномик, Баба-Яга и чайник упаковываться не хотели, пришлось их долго уговаривать. 6 Гб фотографий и море впечатлений, к счастью, упаковывать было не нужно.
Всю эту неземную красоту я, вопреки своим привычкам, была вынуждена распаковать в рекордные сроки, потому что вчера к нам приехали дети Джона из Норвегии, сегодня мы завалили дом туристским снаряжением, а завтра отбываем до вторника в кемпинг на побережье, в графстве Саффолк.
УЗИ обещает нам мальчика. Я в некоторой озадаченности, потому что не представляю, как они устроены, муж светится (впрочем, он светился бы в любом случае, я подозреваю).
Фотографии и рассказы о приключениях, в отличие от чемодана, я буду разбирать ещё долго, но мне страшно не терпится похвастаться результатами одной нашей фотосессии. Итак (и прошу прощения за нарциссизм!):
- место действия - Ленобласть, лес неподалёку от Ладожского озера, где-то между Волоярви и Борисовой Гривой
- в роли Кикиморы Болотной - Kitchen Witch
- грим и костюм - Птица синица
- "причёска" - Птица синица и NEKOshka
- фотография - Птица синица и NEKOshka

смотреть дальше

@темы: Питер, путешествия, фото, я

21:17 

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Ну вот, второй день хочется кулича. Ужасно прямо. А где я его возьму? Самое близкое (собственно, практически оно и есть) - итальянский панеттоне, но их у нас продают под Рождество. Эх.
Продолжая тему "эх": чёрных ирисов, кажется, всё-таки не будет, потому что их сильно погрызли, и те розы, которые осенью погрызла, то есть, якобы подрезала я, тоже как-то не стремятся набирать бутоны. Зато, уже безо всяких эх, всё остальное растёт просто на глазах и, кажется, невзирая на ботанические справочники, собирается цвести одновременно. И может быть, в этом году у меня даже будет один пион.
Два дня общения со свекровью вполне исцелили меня от потенциальной ностальгии по графству Саррей и свели на нет наши с Джоном усилия по искоренению барахла, потому что от неё мы привезли кучу старых книжек, пластинок и всевозможных сложносочинённых предметов, от которых никак нельзя было позволить ей просто избавиться.
Тем не менее, вчера я, вместо того, чтобы эту груду хлама разбирать и пытаться найти ей место в доме, поехала гулять в усадьбу Берли-Хаус, смотреть красивый дом с безумными росписями на стенах залов и десятком парадных спален и парк с оленями, есть тыквенный суп под невероятно душистой глицинией, привкус которой, кажется, добавлялся ко всему, что я ела и пила, и разглядывать всякие глупые современные скульптуры и фонтаны в саду. А лучше всего было сидеть на корнях под медным буком, с которого на меня летела нежная рыжая труха, пить лимонад и смотреть на дом издалека, и воображать себя в романе Джейн Остен (в последней экранизации "Гордости и предубеждения" с Кирой Найтли Берли-Хаус играл роль усадьбы леди Кэтрин де Бург). В усадьбе, построенной в 16 веке для Уильяма Сесила (да-да, того самого, елизаветинского), кстати, до сих пор живут его дальние потомки, но содержать такое богатство им давно не под силу, поэтому вынуждены пускать народ посмотреть за денежку.
А сегодня я прополола клубничную грядку, и теперь на ней, может быть, даже сумеет вырасти клубника, если её тоже кто-нибудь не съест.
Кошка ночами устраивает свары под окном, защищая свою территорию; воробьи опять растеребили подкладку моих висячих корзинок на гнездовой материал; мне завтра на работу, но, к счастью, только на три дня, а потом опять четыре выходных - хоть какая-то практическая польза от монархии. А ветер сегодня холодный, рвёт бельё с верёвки и напоминает, что всё-таки, как это ни удивительно, но на дворе пока всего лишь апрель. Самый странный апрель.

Burghley House

@темы: фото, путешествия, островной быт

14:54 

Рим: Путешествие в барокко-4

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
И вдогонку поезду, увозящему меня во Флоренцию: самое что ни на есть барочное барокко, римские фонтаны.

Фонтан Треви - вот прямо сейчас перельётся через край и затопит весь город, заполонит мифической свитой Нептуна.
смотреть дальше

Фонтан Пантеона - всё чудесатее и чудесатее, или всё смешалось.
смотреть дальше

Фонтан Четырёх Рек Бернини, на Пьяцца Навона - сейчас они все рухнут в фонтан, а звери передерутся; мгновение пред-хаоса.
смотреть дальше

@темы: Италия, Рим, путешествия, фото

02:01 

Рим: Путешествие в барокко-3

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
И опять не совсем в барокко.
Ватикан впечатляет в первую очередь своими стенами - город в городе, крепость со стенами, уходящими в небо. Во вторую - уже очень далеко внутри, после того, как пройдёны очереди, металлодетекторы и пункт выдачи наушников. Ватикан, если вы заметили, фигурировал у меня в рассказе про Рим сразу в двух списках, и для этого есть весьма существенные причины. С точки зрения чисто практической, это был один из самых страшных моих кошмаров за много лет самых разнообразных путешествий. С точки зрения художественно-эстетической - одно из самых прекрасных переживаний, впрочем, несколько подпорченное кошмаром.
Конечно, громкость в наушниках я сразу убрала, потому что не имела ни малейшего желания слушать, что там Марио пожелает рассказать мне о творчестве Рафаэля и Микеланджело. Во Дворе Пинии, с безумным фонтаном с шишкой, павлинами, маской и двумя львами по бокам, разглядывала этих самых львов, очень похожих на парочку питерских. В галереях, кажется, античного искусства, по пути к Сикстинской капелле, очень старалсь не упасть в обморок, потому что передвигаться в плотно сжимающей меня толпе (и при этом пересчитывать группу своих подопечных детей) я умею очень плохо. В Картографической галерее стало как-то посвободнее, и я нашла в себе силы открыть пошире глаза и радоваться тому, что вокруг. А вокруг была мечта сочинителя фэнтези - стены, расписанные географическими картами различных частей Италии, но весьма причудливыми, со всякими мифическими существами и маленькими схематичными городами. Больше всего, если не вглядываться в смутно знакомые очертания и не читать надписи, это было похоже на карты к "Властелину колец" и с тех пор - к любой уважающей себя саге о волшебных мирах. В Сикстинской капелле снова настиг ужас, смешанный с чистым восторгом, и вот этого я уж точно не пожелаю никому: пребывание в ней абсолютно чётко имитирует "Страшный суд" Микеланджело, занимающий всю её восточную стену. Наверху - блаженство и экстаз от пространства, насквозь заполненного живописью; внизу - чудовищная толпа, сквозь которую надо продираться, активно работая локтями, и окрики смотрителей, пытающихся пресечь фотосъёмку и "разговорчики в строю" (теоретически там нельзя даже разговаривать).
Микеланджело я, честно признаюсь, никогда сильно не любила, однако "Страшный суд" меня впечатлил - само собой, его адская часть, особенно жуткий Харон. Но ещё больше меня впечатлили панно, о которых как-то вообще мало говорят - кисти Гирландайо, Боттичелли, Перуджино, и роспись по низу стен, совершенно натурально имитирующая драпировки. А "Сотворение Адама"... наверное, это один из тех шедевров, который навсегда останется мне недоступен.
После Капеллы я на некоторое время рассталась со своей группой и с огромным облегчением покинула основную "туристическую тропу", пробираясь к Пинакотеке через - одну за другой - расписные галереи, все смутно напоминающие Лоджии Рафаэля в Эрмитаже и все открывающиеся огромными окнами на сосны и рыжую черепицу. Я уже говорила, кажется, что ужасно люблю расписные стены? А в Пинакотеке меня вообще ждало счастье - восхитительные ранние итальянцы и неинтересная религиозная живопись барокко, кроме меня, никому были не нужны, и я наконец ощутила себя полностью человеком. Пинакотека, кстати, настолько никому не нужна, что по ней даже нет отдельной книжки, только несколько открыток - высшая степень рекомендации туристу-отщепенцу!
После Пинакотеки я заглянула в этрусскую коллекцию, где мне приглянулись многоголоворукие котлы, а потом внезапно добрый охранник (один из трёх встреченных мной добрых людей в сфере туризма и, по словам Луки, исключительно благодаря моей гендерной принадлежности) провёл меня прямо к Комнатам Рафаэля, через несколько суровых барьеров. И там я снова испытала чистое счастье, не омрачённое чрезмерным количеством соседей. Это же, как вы догадываетесь, много-много комнат с расписными стенами! Ну, немного, всего несколько, но ощущается как целый мир. Мне больше всего понравился Зал Константина, целиком в моей любимой зеленовато-серой гамме и с безумной оптической иллюзией коридора в потолке. Потолки в Ватикане вообще прекрасны, даже безотносительно Рафаэля, и я их с удовольствием разглядывала и снимала.
А потом я второй раз оказалась в Сикстинской капелле, куда в Ватиканских музеях ведут все пути, заранее начала дышать глубоко и получила несколько больше удовольствия, выбралась из-за суровых стен, добежала до площади Св. Петра, не попала в собор, потому что огромная очередь полумесяцем тянулась на полплощади (всего два метеллодетектора, ага, на пятьсот миллионов туристов и паломников, желающих туда попасть), посидела под обелиском посередине, сравнивая оригиналы с Римскими фонтанами в Петергофе, и воссоединилась со своей компанией, чтобы бежать на вокзал и ехать во Флоренцию.

Ватикан

И несколько репродукций картин из Питакотеки

@темы: фото, путешествия, Рим, Италия

18:19 

Рим: Путешествие в барокко-2

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Название, правда, в этой части рассказа уже не совсем корректно, потому что на многих фотографиях, которыми я собираюсь поделиться, вовсе даже античность. Но не суть. Суть в том, что несколько более нормальные фотографии Рима у меня тоже есть, и вот они, примерно таким маршрутом: Палатинский холм, Форум, Капитолийский холм, улочки в центре, Пантеон, снова улочки, Пьяцца Навона, набережная Тибра.

просто Рим

@темы: Италия, Рим, путешествия, фото

15:11 

Рим: Путешествие в барокко-1

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Наверное, это мой личный рекорд - красить ногти на ногах в конце марта. Но прогнозы обещали тепло и не обманули - ниже +20 температура опускалась только рано утром. Что, впрочем, не мешало окружающим римлянам ходить в зимних куртках и сапогах и с ужасом оглядываться на нашу компанию девчонок в минимальнейших шортах. И ещё моя Италия тепло пахла "Эйфорией" от Кельвина Клайна - мне нравится создавать такие ассоциации, покупая новые духи в аэропорту по дороге куда-нибудь. Гранада, к примеру, теперь всегда (и очень уместно) будет апельсиново отзываться в моих воспоминаниях Boss Orange.
Вечный Город показался мне грязноватым и равнодушным. Что, наверное, не очень удивительно для Вечности. Мы въезжали в него очень долго, на автобусе из аэропорта Чампино, по Аппиевой дороге, под прозрачным, фресково-голубым вечереющим небом. Много национальных флагов из окон - нет, это не праздник, это просто народ так самовыражается. Цветут какие-то лиловые деревья; везде мопеды, как и положено, но ни на одном из них не едет Грегори Пек, увы. Автобус останавливается в оживлённой части города, у железнодорожного вокзала, и распахивает своё багажное нутро прямо на проезжую часть. Водителя не волнует, как гости города будут добывать своё имущество; к счастью, нас достаточно много, чтобы полностью остановить негодующее движение на узкой улице, пока мы разбираем свои чемоданы. Из окна моего номера, выходящего во двор (второго по счёту номера - первый был размером с кладовку и выходил в стену, но моя коллега Паола, вообще-то добрейший и мягчайший человек, проявила впечатляющие навыки непробиваемости, и вдруг нашлось что-то поприличнее), видна ослепительно-золотая Мадонна на верхушке какой-то колокольни. Как сказал наш гид Лука (самый неитальянский итальянец в мире - рыжий, голубоглазый, без малейшего акцента в английском, джентльмен и противник Берлускони): "Мы никогда не упустим случая куда-нибудь пристроить Мадонну." В Риме очень вкусная вода - её можно пить не только из-под крана, но и из всех многочисленных фонтанов, и из специальных маленьких фонтанчиков, пристроенных повсюду. И совершенно неправильная античность - охристо-рыжая, кирпичная, а не мраморная, как я привыкла по Крыму, Турции и Греции, и оттого какая-то не сильно впечатляющая, хотя её и много, и она торчит между зданиями эпохи барокко как обломки не очень здоровых зубов. И Мадонны живут не на керамических панно прямо в стенах, как в Гранаде, а в овальных медальонах с фиоритурами на углах зданий.
Мне не понравились: Колизей, основное достоинство которого в том, что он... колоссальный и вокруг него ходят декоративные "римляне" в пластмассовых шлемах; наш гид по Колизею, Форуму и Ватикану, которого, как и практически всех мужчин в Риме (по крайней мере, именно это имя звучит вокруг чаще всего), зовут Марио и который старательно компенсировал неитальянскость Луки своим стереотипическим внешним видом, снисходительным отношением к женскому полу и удручающим чувством юмора; дикая толпа во всех пешеходных зонах вокруг основных достопримечательностей; надоедливые торговцы-арабы с идиотскими игрушками, пищалками, бросалками и мыльными пузырями и негры с поддельными сумками; удивительное здание Иль Витториано, более известное как Пишущая Машинка и лишний раз подтверждающее, что у национализма нет и не может быть эстетического вкуса; Ватикан, но об этом отдельный разговор; метро с очень тёмными платформами и очень светлыми поездами без разделения на вагоны, так что назойливого толстого мальчишку с аккордеоном слышно везде; Испанская лестница, которую не видно из-под туристов; мороженое "забальоне" - как десерт оно, может, и ничего, но как сорт мороженого не катит совсем; сувениры, которые какие-то чересчур уж сувенирные, до такой степени, что я купила в Риме всего одну книжку и одну игрушку- зелёную ведьму с пакетиком шоколадных конфет в супермаркете, потому что упустила шанс купить то, что действительно хотела - леденец на палочке с головой Папы, lolliPope. Вообще оказалось, что там, где нет толпы, это довольно обыкновенный южноевропейский город, а там, где есть - очень трудно разглядывать то, что действительно хочется разглядывать, и даже пешеходность окружающих улиц не сильно помогает. Мне удалось найти всего несколько тихих улочек в самом центре, вокруг Пантеона, который, видимо, как-то менее привлекателен, поскольку не фигурирует ни в одном голливудском фильме.
Мне понравились: охристость зданий; лучшее в мире (а я уже много лет провожу сравнительный анализ) клубничное мороженое где-то около Фонтана Треви; вереница безголовых мраморных женских статуй и три громко верещащих зелёных попугая на Форуме; лестницы и вообще холмистость, которую я очень ценю в городах; абсолютно все фонтаны; детали архитектуры, которые часто куда интереснее впечатления от здания в целом; многочисленные крылатые обитатели фасадов и крыш (и я не о голубях, хотя они очень симпатично смотрятся на барочных скульптурах); Ватикан, но об этом отдельный разговор; мороженое из ежевики (да, я знаю, что мороженое как-то неприлично много фигурирует в моих списках); целые сады на крышах и балконах; безумное здание эпохи Муссолини недалеко от нашего отеля, "украшенное" орлами и страшными головами в касках; маленькие собачки; то, что из Фонтана Треви специальная служба каждый вечер собирает около 300 евро и сдаёт на благотворительные нужды; то, что решили проблему бездомных кошек, гуманно, сначала поголовной стерилизацией, а потом созданием приютов; Пантеон с его столбом солнца посередине, с рассеянным светом и странной осязаемостью воздуха; собор Святого Петра в дымке над панорамой Тибра, сквозь ветки платанов, и охристая цветочная труха, летящая с этих платанов на волосы; дымный запах жареных каштанов, напоминающий зимний Стамбул; слегка засохшие апельсины на деревьях вдоль центральных улиц, похожие на забытые новогодние украшения; совершенно неожиданно - архитектура барокко, о которой я, очевидно, ничего решительно не знала раньше, потому что Россия, Франция и Испания, как оказалось, плохие примеры. Барокко - это, наверное, самое главное моё открытие в Риме. Оно здесь настолько живое, буйное и непричёсанное, что невольно захватывает и уносит с собой: безумие Фонтана Треви, вычурность Фонтана Четырёх Рек на Пьяцца Навона, фантастическая чрезмерность росписи плафона, просто кишащего фигурами, в церкви Сант-Аньезе-ин-Агоне, праздник гротеска в Фонтане Пантеона и вообще праздник гротеска везде, потому что повсюду, в фонтанах, на дверных молотках и фасадах лица, лица, лица, и не классические, а эмоциональные, странные и страшноватые, сливающиеся друг с другом, еле выступающие из переплетений орнамента, из листьев, из каких-то существ. И немного жутковато, но заманчиво представить себе, как все они разом начинают говорить. Маски и мороженое - вот мои самые сильные впечатления от Рима.

лица Рима

окна и отражения Рима - куда ж я без них!

крылатости Рима

@темы: Рим, Италия, путешествия, фото

18:10 

Италия: вступление

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Как-то незаметно я пришла к такому положению вещей, когда все новые места меряю двумя не зависящими друг от друга внутренними приборами: картинкометром (сюда, в одну кучу, и природные красоты, и всякие историко-культурные интересности) и человекометром. Удовольствие я способна получить от высокого показателя только первого или только второго (а вот муж мой на одном только первом не может никак), но когда хороший результат по обоим, я проникаюсь местом очень сильно и начинаю при любой возможности стремиться обратно. В Италию, пожалуй, буду продолжать стремиться, но только потому, что уж очень хороша картинка. Не Рим, правда, в него я с лёгкой душой никогда не вернусь, а вот во Флоренцию и в другие, ещё не виденные мной ренессансные города очень хочется по-прежнему.
Однако с человекометром как-то вышло неважно. Я охотно верю, что в маленьких, неиспорченных итальянских деревнях люди приветливы и гостеприимны. Но если честно, в маленькой неиспорченной деревне сложно представить себе другую ситуацию - это был бы уже показатель какой-то серьёзной болезни общества. В маленькой деревне с каждым приехавшим гостем невольно устанавливаются практически личные отношения, а это уже совсем другое дело. Относиться хорошо к людям, с которым у тебя какие-то личные отношения, - не всегда очень просто, но вообще-то невелика хитрость. Фокус - относиться хорошо к незнакомым. В Италии у меня сложилось ощущение, что в городах, в значительной степени пополняющих свой бюджет за счёт туризма, к гостям относятся пренебрежительно и неприветливо, безо всякой боязни отпугнуть - ясно же, что в Ватикан не зарастёт народная тропа, и в галерею Уффици народ будет валом валить, как бы с ними там ни обходились в сувенирном магазине. И поскольку ехала я безо всяких предубеждений, а ощущение это не только моё личное, но разделяемое даже коллегой-итальянкой, которая много лет живёт в Англии и не хочет возвращаться, то подозреваю, что некая правда в этом есть.
Честное слово, мне ещё нигде и никогда не продавали мороженое с такой кислой физиономией. А восхитительный манёвр продавца, который упорно не смотрит на тебя даже когда обслуживает, а продолжает через плечо общаться с коллегами, я в таком блестящем исполнении раньше наблюдала только на исторической родине. Ну и дополнительный минус заключается в том, что у всех этих прекрасных людей, очевидно ненавидящих свою работу в индустрии туризма и обслуживания, не возникло ни малейших тёплых чувств даже по отношению к милым, воспитанным, пытающимся говорить по-итальянски девочкам-школьницам. Ничего, кроме желания обсчитать, пользуясь якобы существующим языковым барьером (якобы - потому что в половине случаев люди просто притворялись, что сами не понимают английского или что девочки сказали что-то неправильно по-итальянски).
И на фоне всего этого меня тут посетило запоздалое открытие, почему когда-то, в 90-е годы, мне и многим вокруг меня казались такими неискренними американцы и северные европейцы. Улыбаются, разговаривают приветливо, а на самом деле им на тебя плевать - как-то так примерно формулировались ощущения. А ларчик просто открывался - они улыбаются и разговаривают приветливо абсолютно со всеми, так как у них совершенно другая мотивация для этих простых действия: не потому, что хотят непременно быть лучшими друзьями, а потому, что изначально видят в любом незнакомом человеке - человека, с которым обойтись по-другому было бы неуважительно. Ну а нам, приберегавшим улыбки и готовность помочь (в том числе снять последнюю рубашку) для "своих", это было странно, так же, как странно мне теперь попадать в обстановку своего прошлого.
Всё это не отменяет моего буйного восторга по поводу Флоренции и некоторых кусочков Рима; восторги будут следующим номером, с иллюстрациями.
И ещё кулинарное: за пиццей и мороженым в Италию стоит ехать (хотя мороженое есть и в Хорватии, и в Испании), а за пастой совершенно необязательно - я так же вкусно (и скромно) готовлю.

@темы: путешествия, Италия

01:15 

Лидс

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Когда читаешь или слышишь про вечный "культурный конфликт" северян и южан в Англии, кажется очень смешно - в такой крохотной стране, да ещё в рамках одной этнической общности (ладно там Уэльс или Шотландия), какие могут быть водоразделы? И тем не менее, они есть. Север - это немножно другая страна. Понятно, что первоначальному впечатлению очень способствует язык с характерным диалектным произношением (которое мне трудно воспринимать всерьёз, потому что в моей повседневной жизни так говорят только персонажи одной мыльной оперы), но довольно быстро обнаруживаются и другие особенности. Каждая вторая забегаловка - Макдональдс или Бургер Кинг. В еду кладут очень много соли. От избытка чувств орут и дико ржут все - не только развлекающиеся подростки, но и вполне пожилые дамы, так что сидеть рядом с компанией пенсионеров в поезде может быть так же травматично, как с какой-нибудь шпаной (спасает Gogol Bordello в плеере на максимальной громкости). Вышеозначенные пожилые дамы сплошь в мелком перманенте, опять же, как в той же мыльной опере. И при том, что на севере статистически намного выше уровень безработицы (преимущественно людей, которые много лет спокойно сидят на государственном пособии и даже не делают попытки найти работу), какое-то феноменальное количество магазинов.
Впрочем, это я придираюсь, конечно. Конференция была интересная и полезная, но я удрала с неё немного раньше времени, чтобы пошляться по городу. Как и большинство северных городов, своим процветанием Лидс обязан индустриальной революции. И пик этого самого процветания удачно пришёлся на конец 19 - начало 20 века, а удачно потому, что от этой эпохи обычно остаются здания моих любимых архитектурных стилей. Лидс - это буйная, восхитительная "викториана" с отчётливым привкусом Горменгаста. Большинство зданий было построено из светлого известняка, который не выдержал многолетней угольной копоти из труб фабрик и домов и покрылся либо плотным тёмным слоем, либо эффектными муаровыми разводами. Сейчас некоторые здания реставрируют, но я предпочитаю эффект сажи. Ещё там есть чудесная площадь с помпезным памятником Чёрному Принцу, окружённым неуместно нежными бронзовыми девушками эпохи раннего модерна, и роскошные пассажи, по которым одно удовольствие ходить даже ничего не покупая (что я, собственно, и делала), и неизбежные облагороженные дорогими квартирами бывшие портовые склады вдоль реки.

смотреть на кусочки Лидса

@темы: островной быт, путешествия, фото

The Accidental Cookbook

главная