19:27 

Отчёт за выходные

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
20.01.07 Мидии с фенхелем и миндальный тортик



Мидии с фенхелем – те же самые, что я готовила на Новый год, только на этот раз с гарниром – варёная картошка и молодой шпинат в качестве салата.

А для тортика – взбить сахар с яйцами, добавить апельсиновую цедру, сливки и растопленное масло, смешать с блинной мукой, вылить в форму и поставить в духовку на 40 минут. За это время резаный миндаль смешать со сливками, маслом, сахаром, мёдом и пряностями, нагреть до кипения, потом вылить поверх торта и печь ещё 10 минут. Получается sticky almond cake, что по-русски совершенно не звучит («липкий миндальный торт»?), зато полностью соответствует действительности, потому что отлепить его от формы, а потом кусочки от пергамента и крошки от зубов практически невозможно, но вкусно.



Съездили за продуктами в супермаркет. Это, надо сказать, для меня ничуть не утомительное мероприятие. В овощном отделе я вообще могу провести пару часов. Джон издевается над тем, как я разглядываю каждую морковку, но на самом деле это просто из чисто эстетических соображений – мне нравится рассматривать фрукты и овощи, даже если я не собираюсь их покупать. Почти как одежду. Конечно, лучше всего таким образом эстетствовать на рынке, но там обязательно кто-нибудь на тебя начнёт бросаться с предложением срочно купить кабачок или ананас, а это очень действует на нервы, особенно если ни кабачок, ни ананас тебе не нужны. )

Ах, какой рынок мы видели летом в Турции, в Изнике. Ну, во-первых, в «базарный день» практически все улицы в центре превратились в торговые ряды, завешанные цветным платками и махровыми полотенцами, заставленные ботинками и кастрюлями, заваленные рулонами ковров. А в самом центре этой промтоварной вакханалии расположился продуктовый рынок, который можно было учуять и услышать, наверное, из Стамбула. К счастью, выглядели мы достаточно нелепо, так что особенно на нас никто не кидался, и мы могли спокойно наматывать круги по рядам перцев, дынь, зелени и орехов. Все продукты были навалены на прилавках горами, выше головы, и не ровными, кирпичик к кирпичику, пирамидами, как на Сенном рынке, а именно щедрыми, как на картинах Снайдерса, душистыми горами. И каждый ряд определялся издалека, прежде чем можно было что-нибудь разглядеть, потому что на тебя волнами, одна за другой, накатывались ароматы: помидоры, специи, зелёный перец, персики... И всё это было неправильной формы, с пятнышками и вмятинами, абсолютно свежее и только-только собранное в окрестностях Изника. 1001 ночь, да и только.

Конечно, в супермаркетах города Кембриджа испытать такое близкое к нирване состояние невозможно, но набрать ингредиентов для ароматного домашнего колдовства – вполне. Вот фенхель, например, - непременно должны быть магические свойства у овоща, который пахнет, как пряность. Так оно и есть (это я залезла в любимую книжку о травах и специях): греки и римляне считали, что его стебли и семена помогают от глазных болезней и змеиных укусов, а в Средние века траву фенхеля набивали в замочные скважины в качестве защиты от ведьм. И название очень симпатичное – тоже подходит для моего кулинарного романа: чем не имя для героини?

В Хорватии, на острове Паг, где делают соль, кружева и сыр, дикий фенхель рос среди белых камней вместе с другими душистыми травами, и вечерний воздух можно было разливать в банки как маринад – так солнце за день пропитывало его кулинарными ароматами.

А красный лук, который я тоже купила сегодня, теперь приобрёл для меня стойкую художественную ассоциацию: на выставке Веласкеса в Национальной галерее, в углу ранней картины под названием «Старая женщина, жарящая яйца» лежала, блестя бордовой шкуркой, совершенно живая, идеальная луковица, от которой невозможно было оторвать глаз.



Мама хотела идти дальше, смотреть на инфант и королей, а я любовалась совершенной луковицей, не менее прекрасной, чем синее платье бедной белокурой инфанты Маргариты, которую выдали замуж за родного дядю.

Мыши шебуршатся в домике, заново обустраивая своё гнездо. Я поменяла им подстилку и вымыла клетку, правда, при этом чуть не потеряла одну мышь – в процессе временного переселения в маленькую коробку она решила рвануть на свободу вверх по рукаву моего свитера. Пришлось ловить за хвост.



21.01.2007 Бигос с вариациями



Сушёные грибы и чернослив залить кипятком, дать настояться полчаса. Обжарить лук в оливковом масле, добавить нарезанные грибы и чернослив, промытую квашеную капусту, банку помидоров, гвоздику, палочку корицы, семена тмина и лавровый лист. Добавить немного хереса, дать выкипеть, залить жидостью от грибов и чернослива плюс немного овощного бульона, посолить, поперчить, накрыть крышкой. Довести до кипения, и потом готовить на медленном огне, пока всё не станет очень мягким и густым. Посыпать зеленью и подавать с варёным картофелем.



В оригинале в это польско-литовское блюдо полагается угрохать тонну мяса и колбасы, но оно хорошо и так – даже вкуснее, потому что лучше чувствуются все приправы. Чем больше готовишь, тем больше понимаешь, что очень многие ингредиенты прекрасно взаимозаменимы – я больше никогда не впаду в истерику из-за отсутствия молотого имбиря. (Драматическая история нашего новоселья на Чёрной речке в 2000 году – я отправила Джона за этим жизненно необходимым для моего блюда продуктом, и когда он вернулся с пустыми руками, отказалась принимать гостей вообще.) Херес вместо мадеры, тмин вместо семян укропа, клюква просто так – потому что осталось несколько ягод от моих рождественских ухищрений.

Квашеная капуста – один из волшебных продуктов моего детства. Удивительно, как много моих самых отчётливых вспоминаний связаны с бабушкой на кухне. Здесь, конечно, я не оригинальна – наверняка, в большинстве домов по осени наступал момент заготовочного ажиотажа, когда капуста, баклажанная икра, маринованные помидоры и огурцы, яблочное повидло тоннами ложились в банки и вёдра, чтобы потом ложками лета появиться на тарелках под Новый год, когда в магазинах осталась одна картошка.

Для капусты у бабушки были специальные инструменты: слегка треснувшая деревянная миска, «тяпка», больше всего похожая на средневековое оружие – лезвие полумесяцем на деревянной ручке, два эмалированных ведра (такие сейчас в большой моде - для кухни в стиле «ретро») и чугунные антикварные утюги в качестве груза – нынче идут рублей по 500 за штуку, а 20 лет назад бабушка колола на них орехи и придавливала ими квашеную капусту или отклеившиеся плитки линолеума в коридоре. Я наблюдала за всеми этими приготовлениями, забыв на время об игре в «Питера Пэна» (платье, заправленное в колготки, чтобы быть похожей на мальчика) или в «Волшебника Изумрудного города» (любимый плюшевый лёва и маленький чёрный пёсик по кличке Пират, волочащиеся за мной на ленточке по всей квартире). А потом два эмалированных ведра заманчиво стояли на кухонном подоконнике и дразнили своим запретным содержимым: бабушка строго следила за тем, чтобы капусту начинали есть, только когда она доведена до совершенства. Почему-то мне ужасно нравились ягоды клюквы, которые добавлялись для пикантности, не столько вкусом, сколько своей алой прозрачностью и редкостью - как будто драгоценный камешек попал тебе в тарелку.

Все эти домашние манипуляции в сочетании с особенностями советской розничной торговли выработали во мне стойкую привычку – «всякому овощу своё время». Ну не хочу я клубники в декабре и апельсинов в июле, хоть убей. Конечно, теперь я ещё точно знаю, что клубника в декабре будет по вкусу отчётливо напоминать пластик, в который она упакована, но дело даже не в этом. Мне всегда начинает хотеться мандаринов под Новый год, черешни в июне, огурцов в марте (вечная память огурцам фирмы «Лето», бледным, длинным и невообразимо весенним). И даже на цветы распространяется эта странность: не могу заставить себя покупать хризантемы весной, а фрезию в ноябре.

Люблю рецепты, когда можно всё покидать в кастрюлю и предоставить обед самому себе. Вот он, тихонько побулькивает на плите, чайный кекс сидит в духовке, а я устроилась за кухонным столом и стучу по клавишам, время от времени поглядывая то на плиту, то на мышиный домик. Чайный кекс печётся, надеюсь, на всю неделю, но надежды не очень много, так как это любимое лакомство моего мужа, сочетающее в себе самые прекрасные для него вещи на свете: чай и торт. (Для этого рецепта курага, чернослив, изюм и засахаренная цедра несколько часов вымачиваются в крепкой чайной заварке с коричневым сахаром, а потом смешиваются с яйцами, мукой, пекарским порошком и молотой корицей.)

После Теннисона взялась перечитывать «Мабиногион» - сборник валлийских легенд, которые послужили источником как для средневековых рыцарских романов Кретьена де Труа и Томаса Мэлори, так и для баллад и картин эстетов девятнадцатого века, упорно искавших прекрасное в далёком прошлом. Пришла к выводу, что «Герейнт и Энид» нравится мне больше у Теннисона – наверное, потому что больше похоже на повесть в жанре «фэнтези».



В промежутке между всем прочим покрасила волосы – решила вспомнить студенческие годы, когда мы с Ленкой регулярно удивляли друг друга и окружающих, до такой степени, что почти забыли, какого цвета у нас волосы на самом деле. Благо по телевизору транслируют финал чемпионата по снукеру, и мой муж прочно приклеен к дивану, так что я предоставлена сама себе. То есть, я тоже не против снукера, но он обычно меня усыпляет: я сажусь на диван, приваливаюсь к мужниному плечу, и вскоре мерный стук шаров начинает меня убаюкивать. Это неплохо после рабочего дня, но обидно в уикэнд. В результате немного порыжела и потеряла пару седых волосков, которые в последнее время как-то уж очень нахально вылезали на первый план.

@темы: книги, красивые картинки, проникновенные монологи о разном, путешествия, рецепты

URL
Комментарии
2008-03-28 в 08:57 

Я, просто Я
Медной горы распиздяйка
пропорции миндального тортика... пожалуйста :)

2008-03-28 в 13:34 

I. This is Not a Game. II. Here and Now, You are Alive.
Я, просто Я будет, вспомню только, в какой книжке :-)

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

The Accidental Cookbook

главная